Читаем Амнезия (ЛП) полностью

Я вздрогнула и начала расправлять косу, немного ослабляя тугое плетение. В результате она стала объемней и выглядела просто восхитительно, красиво обрамляя овал лица. Возможно, раньше я увлекалась чем-то подобным.

Внутри расцветали решимость и упрямство. «Да пошел он к черту со своими дурацкими правилами! Это мои волосы, я буду носить их, как захочу!»

Кивнув своему отражению, я уже собиралась идти к Мэгги, но буквально на пороге ванной меня снова атаковали воспоминания.

— Я тебя ненавижу! — крикнула я. — Ненавижу больше всего на свете!

— Не смей так со мной разговаривать! — прошипел он, наотмашь ударив по лицу.

Меня откинуло на стол. От силы удара на мгновение потемнело в глазах, послышался стук упавших на пол предметов. Прижав руку к разбитому лицу, я распахнула веки. Гнев и какое-то безрассудное отчаяние бурлили внутри, побуждая ответить, защититься, отомстить, сделать хоть что-нибудь.

Взгляд наткнулся на ножницы, каким-то чудом оказавшиеся в пределах досягаемости. Я схватила их и вскочила на ноги, отчаянно размахивая этим оружием.

Он рассмеялся. Тем самым смехом, от которого меня пробирало до костей.

— А ну-ка положи их, девочка. Ты не сможешь причинить мне вред.

— Я убью тебя! — выкрикнула я, целясь острием прямо в шею мучителя.

На что он лишь снова рассмеялся.

Решимость, подпитываемая злостью, начала ослабевать. Плечи поникли. «Он прав. Я не смогу его убить. Он никогда этого не допустит. К тому же я слишком слаба».

— Ты заплатишь за это, — с какой-то садисткой радостью протянул он.

Я вскинула голову, гнев внутри разгорался с новой силой.

— Нет, — твердо заявила я, — заплатишь ты.

Удобнее перехватив ножницы, я натянула прядь волос и отрезала ее. Золотистый локон медленно опал на грязный холодный пол.

— Нет! — взревел он и бросился ко мне. Попятившись, отрезала еще прядь и еще одну. Я безжалостно кромсала красивые густые волосы. Волосы, что так ему нравились. Может теперь, когда от идеальной прически остались лишь жалкие клочки, он потеряет ко мне интерес.

Он кричал, грязно ругался, размахивал кулаками, а потом набросился меня, вырывая из рук ножницы. Звон металла о каменную стену в небольшом помещении прозвучал, словно выстрел из дробовика.

— Что ты наделала? — взревел он, схватив меня за горло. Казалось, стоит моему мучителю сжать пальцы чуть сильнее, и шея непременно сломается. А я смотрела ему прямо в глаза, безразличным, даже безжизненным взглядом, не ощущая больше ни боли, ни страха.

Я была счастлива. Впервые за целую вечность. Видеть на ненавистном лице боль и отчаяние, оказывается, так сладко.