Читаем Амирандареджаниани полностью

Мы двинулись дальше, снова взяв с собой Рыжего рыцаря, а другого витязя оставили на месте. И тогда обратился наш спутник к Бадри Иаманисдзе: "Хочу вам что-то сказать, но прошу выслушать без гнева". "Говори!" – велел Бадри. "Пожалей свою молодость, не омрачай чела родителя и возвращайся, ибо никому из людей не довелось быть там, куда ты замыслил идти. Если же думаешь одолеть того человека, которого встретишь, то знай, что он намного сильнее всех нас".

Недовольный словами этими, упрекнул Бадри Иаманисдзе Рыжего рыцаря: "Как посмел ты сказать это вслух!".

И мы двинулись дальше. Ехали долго и наконец спросили своего спутника: что нас ожидает впереди? Ответил Рыжий рыцарь: "Впереди – несметные полчища Черного рыцаря, сам же он расположился неподалеку от войска в двенадцати шатрах. Врагу не пожелаю с ними столкнуться, и узнать от них ничего не сможешь".

Долго еще мы ехали. Стали нам попадаться отряды, и мы пробивались сквозь густую толпу воинов. Многие из них распевали песни или сидели и пили, а завидев нас, восклицали: "Вот и приехал Носар из Нисры!".

"Видимо, добрый и славный витязь этот Носар из Нисры, что все его так ждут", – сказал Бадри Иаманисдзе.

И продвигались мы так почти до вечера и слышали, как воины воздавали хвалу своему Черному рыцарю. Наконец мы заметили вдали двенадцать шатров и среди них один большой шатер.

О нашем появлении, видимо, доложили Черному рыцарю, и он, выглянув из шатра, сказал своим воинам: "Смотрите, захватили они какого-то злополучного рыцаря и направляются сюда!" Потом громко спросил, показывая на нас рукой: "Не Носар ли это из Нисры?" "Нет! – ответили ему. – Это Бадри Иаманисдзе". Тогда вышел Черный рыцарь нам навстречу, и приветствовали мы друг друга. А потом для нас разбили большую палатку и принесли угощение. Вошел к нам и Черный рыцарь. У него был задиристый нрав, и он обычно искал ссоры, а в поединке, если одолевал противника, то уже не оставлял его живым.

Но в тот день он принял нас с большими почестями и дал насладиться отдыхом. А ночью прислал вестника, которому велел передать: "Хотя не время сейчас нарушать ваш покой, но таков мой обычай – должен предупредить, что предстоит вам завтра сразиться".

Возликовал Бадри Иаманисдзе и послал ему с тем же вестником ответ: "Видит бог, готов я помериться силами, да не мог, как гость, заговорить об этом первым".

Утром снарядился к поединку Черный рыцарь, сел на своего вороного коня и выехал в поле. Клянусь, если б довелось вам увидеть его тогда, возрадовалось бы ваше сердце. Снарядился и Бадри Иаманисдзе, выехал на своем белом коне, и оба – одно загляденье!

Сначала разъехались всадники, потом, направив коней навстречу друг другу схватились и лязг их мечей был подобен грому небесному.

Долго бились они, даже преломились мечи. Под конец разъярился Бадри Иаманисдзе, осадил он коня, да так ударил противника с размаху, что от правого плеча до левого бедра раскроил его.

Воины Черного рыцаря издали следили за поединком и, как только их повелитель принял смерть от меча, припустили коней, чтобы сразиться с нами.

Ни с чем не сравнима была доблесть Бадри, но если бы вы видели в той схватке Индо-Чабуки, то восхитились бы им также.

Мы обратили в бегство оруженосцев Черного рыцаря, и Бадри Иаманисдзе вступил в его шатер. Тогда подошел к нему Рыжий рыцарь и сказал: "Благословенна десница твоя, ибо нет на свете подобного тебе богатыря. Клянусь тобой, двенадцать самых отважных витязей пали от руки Черного рыцаря, и не думали мы, что найдется кто-либо сильнее его. Отныне начинается для тебя путь испытаний. Но вижу, не труден он будет для такого витязя, как ты".

Пробыли мы там неделю, освободили плененных ими людей и среди них одного по имени Юсиб. Возрадовался он полученной свободе и обратился к моему господину с такой речью: "Да будут благословенны десница твоя и мужество твое, что заставил ты Черного рыцаря кровью расплатиться за кровь стольких витязей и меня спас от его злой расправы. Ничем не могу воздать тебе благодарность, разве что верно служить в пути".

Спросил его Бадри Иаманисдзе: "А знакомы ли тебе дороги здешние?" "Знакомы!" – ответил Юсиб. Обрадовался этому Бадри Иаманисдзе и подбодрил Юсиба надеждой на воздаяние.

Мы двинулись в путь, и вскоре Юсиб сказал: "Три дня и три ночи нам предстоит среди зверей находиться". А когда мы очутились в безлюдной местности, пересеченной ущельями и скалами, Юсиб объяснил: "Отсюда начинается страна зверей".

И тут же перед нами появились два льва. Я вызвался убить их, и господин мой велел: "Убей!" Львы были сражены, и мы поехали дальше. Что долго рассказывать, увидели мы какого-то зверя с огромным рогом на носу.

"С этим я сражусь, а вы поглядите"- сказал Бадри -Иаманисдзе, но Юсиб отсоветовал: "Этот не для тебя, прикажи, пусть Индо-Чабуки сразится с ним".

Выступил на коне Индо-Чабуки и, клянусь, как котенка, смял он того зверя. И сказал, глядя на это, Юсиб: "Поистине тяжела дорога, но для тех, с кем сейчас наш господин и вассал его Индо-Чабуки, она не страшна".