Его рукопись была открыта на заключительной главе — главе о «черных беретах». Черноберетчики, как и зеленоберетчики до них, строили свои планы на основе секретного устава войск особого назначения армии США. Полевой устав 31-21, «Специальные операции». Он прямо предусматривал всевозможные подрывные действия внутри «недружественных стран», включая создание «пятой колонны» из антиправительственных элементов, организацию и руководство повстанческим движением, направленным на свержение неугодных Соединенным Штатам правительств. В уставе были до тонкости разработаны методы психологической войны, политических провокаций, диверсионно-террористических операций. Грант хорошо знал, что давно были разработаны планы о заброске диверсионно-разведывательных групп во все сопредельные с Советским Союзом страны, включая, разумеется, и Афганистан, причем были заранее указаны места выброски десанта в стратегически важных районах страны…

Грант подошел к полке. Снял и стал перелистывать книгу пресс-секретаря Кеннеди Пьера Сэлинджера «С Кеннеди»; бестселлер 1966 года, давний, забытый. Октябрь 1962 года. Кубинский кризис. В Вашингтоне считают, что США и СССР стоят на самой грани, на тонком, как лезвие опасной бритвы, острие ядерной войны.

Он подошел к окну, поглядел вниз на скупо освещенную Седьмую авеню между Верхним и Средним Манхэттеном. Бежали машины, брели по своим делам редкие пешеходы. А куда денутся, в случае ядерной тревоги, семнадцать миллионов жителей самого большого города мира, если брать Нью-Йорк, весь его массив городской застройки? Даже почти двадцать лет назад Жаклин Кеннеди понимала, что от ядерной войны никуда не спрячешься…

Звонок в дверь заставил его вздрогнуть. Он встал, нащупывая в кармане пижамы пистолет «Беретта». Уж не пожаловал ли старина Клиф Шерман с новогодним визитом?

— Кто там?

— Заказное письмо мистеру Гранту из Вашингтона…

ВЗРЫВЧАТКА В НОВОГОДНЕМ КОНВЕРТЕ

На ощупь разобрал он, что в конверте карточка новогоднего поздравления. Правда, в наши дни не только посылки и бандероли, но и письма порой взрываются в руках.

— Со счастливым Новым годом! — сказал искательно почтальон.

— С мирным Новым годом! — ответил Грант, вытаскивая из кармана смятые банкноты с портретными изображениями президентов Вашингтона, Линкольна и Гамильтона. Дать один? Пять? Десять?

Скрепя сердце, отдал «Линкольна». Почтальон расплылся в беззубой улыбке.

От кого бы это могло быть? Родичей не осталось в живых. Десантис? Со всеми праздниками поздравлял и вовремя. Последнее поздравление от него на красочном бланке издательства, специально заказываемом к каждому празднику, пришло в сочельник, но по телефону он намекал на какие-то крупные перемены, издательство кто-то покупал, предстояли серьезные изменения в его курсе. Но заказной почтой Десантис никогда не присылал письма. Штемпель нью-йоркский, позавчерашний. Надорвав конверт, он вытащил карточку с изображением Белого дома и рождественской елки. «Мир на земле и в человецех благоволение!» Кто-то опоздал с поздравлением. Из карточки чуть не выпали сложенные вчетверо листки тонкой бумаги. Почерк Уина Бека…