Читаем Америка как есть полностью

Геббельс, меж тем, обладал неплохим для атеиста вкусом и безошибочно вытаскивал из богемной шушеры таланты, которых заставлял работать на себя. Снято было множество блистательных фильмов – на сколько кинематограф вообще может быть блистательным – составивших конкуренцию голливудской «фабрике грез». Все эти фильмы работали так или иначе на пропаганду. Особенно умилительным был фильм об ирландском сопротивлении английскому владычеству.

И играла по всему миру музыка. Танцы тридцатых годов, включая модернизированное, очень элегантное танго, отличались необыкновенной красотой.

Потом была Кристальная Ночь в Германии. Это, стало быть, правительство отдало приказ бить всех евреев без разбору.

За что обиделся на евреев Гитлер? Об этом сказано и написано много, в том числе им самим. И все это якобы сложно и запутанно. На самом деле все гораздо проще. Он попросил у евреев денег. А ему не дали!

Те, кто действительно мог дать, к тому времени уже покинули страну, в основном. Как водится, под раздачу попали остальные – которым особенно ДАВАТЬ было нечего.

Началось неимоверное свинство по всему миру. Корабли с еврейскими беженцами плыли во всех направлениях кроме, разве что, Советского Союза (беженцы, даже красные и розовые, когда дело доходило до собственно спасения жизней, как-то не очень жаловали страну-идеал в этом плане, не без причин). Никакие страны не хотели их к себе принимать. Даже Америка, не желавшая портить и так напряженные отношения с Гитлером. Уж ту тысячу душ, прибывшую к берегам Флориды – могли бы не разворачивать назад? (Все впоследствии погибли в концлагерях). Даже Англия и Франция.

Тому есть, возможно, несколько важных и веских причин.

Так или иначе, но сегодняшний цивилизованный мир, обвиняющий Германию в садизме и Холокосте, как-то не слишком часто упоминает о роли остальных стран в этом деле. Поскольку виноватых нашли, МЫ, естественно, негодуем. Вот они какие сволочи, эти немцы.

Ученик Артуро Тосканини, Георг Шолти, только начинал карьеру – и приехал в родной Будапешт дирижировать «Женитьбой Фигаро». Сыграли первый акт. Шолти вышел покурить, а когда вернулся, обнаружил, что зал пуст.

Что, так плохо? – удивился Шолти.

Нет, – сказали ему. – Аншлюс.

Кабинет Гитлера испытывал силы на малом – присоединил сперва Австрию. Вход немецких войск в Чехословакию никого ни в чем не убедил. Но по поводу Польши заволновалась Англия, и заволновалась серьезно. Тогда ее стали бомбить.

Первые бомбардировки Лондона были чудовищны и перепугали англичан дико. Жертв было немерянно. Собственно, это была совершенно новая тактика – бомбежка городов с воздуха. Это сподвигло избранного премьером Уинстона Черчилля на патриотическую речь.

«Мы пойдем до конца, мы будем воевать во Франции, мы будем воевать в морях и океанах, мы будем воевать с растущей уверенностью и силой в воздухе, мы будем защищать наш Остров любой ценой, мы будем воевать на пляжах, мы будем воевать в портах, мы будем воевать на улицах, мы будем воевать на холмах. Мы никогда не сдадимся, и даже если случится то, во что я не верю – даже если этот Остров или большая его часть окажется оккупированной и поразит ее голод, тогда наша Империя за морями, вооруженная и охраняемая Британским Флотом, продолжит борьбу до тех пор пока, во время, угодное Богу, Новый Свет, со всей его силой и мощью, не придет на помощь и не освободит Свет Старый».

(Англичане вскоре нашли остроумный, но совершенно бесчеловечный способ борьбы с паникой. После очередной бомбежки в поврежденный район приезжали колонны бульдозеров, сравнивали с землей все подряд, и клали сверху асфальт. Образовывались сюрреалистические площади).

Франция, готовившаяся к войне с Германией все предыдущие двадцать лет, построившая Линию Мажино, неприступную и так далее, совершенно не ожидала нападения. Немецкая армия линию аккуратно обошла, через Бельгию, и вторглась в пределы главной страны цивилизации. Франция капитулировала через две недели. Вскоре после этого в Париж прибыл сам Адольф Гитлер. В пять утра, в рассветных лучах, автомобильная кавалькада проследовала по основным туристским точкам Парижа. Гитлер выходил из автомобиля и некоторое время рассматривал – то Нотр Дам, то Оперу, то Елисейские Поля, то Латинский Квартал. С очень умным видом. Ему объясняли, чего и где тут стоит, и сколько лет, он кивал.

Из Франции бомбить Англию было значительно легче – ближе. Но случилось то, чего Гитлер не предвидел. Поскольку такое всегда случается. Англия стала сопротивляться.

К войне 1914-ого года Англия, благодаря тому же Уинстону Черчиллю, чья мама была уроженкой Бруклина, готова была лучше всех. Будучи министром флота, Черчилль переоснастил его, переведя с угля на нефть. За английскими линкорами никто не мог угнаться.