Читаем Амазонка. Дилогия (СИ) полностью

Я отошла к стеночке. Общаться с разодетыми богачами не собиралась, поэтому постаралась проскользнуть поближе к балкону и пристроиться в тени. Но меня уже ждал там знакомый силуэт в мундире.

— Привет! Каким чудом? — улыбался Ольгерд, протягивая ко мне руку.

— Очень подозрительным и слишком самодовольным! — я пристроилась рядом с товарищем, рассматривая толпу. — Как наш жених?

— Третьи сутки мрачен и холоден, каким был обычно на советах в родном дворце. Скучно ему в общем. — Честно рассказал Ольгерд.

— Так не пойдёт! За нас никакая принцесса не выйдет, если мы будет кукситься! — Пробурчала я. Видеть Тая с другой оказалось проще, чем раньше могла подумать. Может, терапия помогла? Или легче было оттого, что я рядом, что вижу его! Если так, то махну на всё рукой, сдам два испытания, стану шпионкой и буду умолять короля взять меня к себе, если его будущая супруга не будет против.

Как раз в этот момент Тай посмотрел на меня. Я скорчила рожицу: скосила глаза и показала язык. Он рассмеялся, а принцесса рядом с ним, восторженно пританцовывала на месте, приняв улыбку жениха за одобрение или согласие.

— У тебя удивительная способность всё расставлять на свои места. — Немного грустно заметил командующий, наблюдая за моей выходкой. — Ори, а как же ты?.. Что будешь делать, когда всё это закончится?

— Женю на себе вампира, — хохотнула я, но заметив испуганное лицо Ольгерда, поспешила успокоить. — Не знаю. Но в Унну, как бы её не любила, возвращаться не хочу.

Планы на будущее действительно выглядели слишком туманно, чтобы их придерживаться. Ольгерд понимал меня и горько улыбнулся, сжав мою руку в своей.

— Я надеялся, что ты останешься с нами. — Заслонив обзор зала, он встал прямо передо мной.

— С кем? — не поняла я.

Боль в сердце говорила, что я уже мудрее этак лет на сорок. Но глуховата на оба уха, поэтому и не расслышала его слов.

— С королем, со мной…

— Я… Я буду не нуж… — из-за плеча друга появилась горделивая рожа принца.

— Вы же не откажите мне в танце? — Выбора Гаюл не оставлял, и я порадовалась тому, что Тай вынудил меня учиться танцам. Я приняла приглашение и последовала за его высочеством в самый центр зала.

Лёгкая музыка в начале «Страстного цветка» обманчиво позволяла расслабиться. Но несколько па и нарастающие ритмы заставляли партнёров прижиматься друг к другу, впиваться в подставленные объятия. Я вспомнила всё, чему учил меня Тай. Старалась держать осанку, не смотреть на ноги и слушать музыку. Раздражало огромное количество глаз, следящих за моими пробами на публичном поприще. Я не собиралась предоставлять им удовольствие и превзошла, пожалуй, все ожидания…

Но его высочество, может быть, позабыв, а может и специально, сжал руку прямо на рёбрах, поддерживая меня во время наклона. Адская боль затуманила рассудок. Желание бросить всё, завыть и умчаться прочь, сбив кого-нибудь по дороге с ног, билось мощным пульсом в голове. Чтобы стерпеть, я прикусила губу чуть ли не до крови. Слёзы полились из глаз.

Потерпеть бы ещё несколько тактов, кружение и найти любую причину, только бы уйти от всей этой своры крыс! Уйти!..

Прыжок… Поклон… Шаг… Другой…

Всё почти с закрытыми глазами, за которыми нет ничего кроме кроваво-красной пелены.

Терпеть! Не сдаваться!

Рука партнёра сильнее сжала раздробленное ребро, вынуждая кричать, но я только сильнее стиснула зубы. Легче не стало.

Последний круг. Поклон. Всё.

— Что-то здесь очень душно. Вы позволите? Я отдышусь. Не знала, что в Ладонисе такие страстные танцоры… — Играть до конца, когда чувствуешь, будто истекаешь кровью изнутри, сложно. Я старалась. Лицо принца выражало скорее лёгкое недовольство. На это мне было плевать, как и на окружающих. Собрав последние силы, не теряя самообладания и гордости, я проскользнула мимо многочисленной толпы к ближайшему балкону.

Наконец, прохладный воздух нежным прикосновением ласкал раскрасневшиеся щёки. Я согнула колени, обхватила рёбра и долго, в полусогнутой позе, пыталась уравновешенно дышать. Здесь не было никого, кто бы стал свидетелем моих мук. Чем я и воспользовалась, выругавшись всеми нецензурными выражениями, которые только были в моём запасе.

— Ого, какие слова мы знаем! — воскликнул Вей.

— Уйди! Не до тебя сейчас! — но привычный к подобному негодованию бог, не двинулся с места.

— Все вы такие. Ропщете! Но мы вас любим несмотря ни на что! — прохладная рука коснулась моего подбородка, поднимая лицо. — Ого!

Божество с ужасом осмотрело мою измученную красную физиономию, дотронулось до начинающей ныть губы.

— Что с тобой? Кто тебя так? Я же несколько часов назад видел тебя спокойно собирающейся на бал…

Вей показал мне капли крови, собранные с прокушенной губы. Я и не заметила, что ран на моём теле стало больше, и одну сделала лично.

— Это я сама себя, чтобы стерпеть… — отмахнулась я, вытирая кровь.