Читаем Амариллис полностью

Ему было еще незнакомо это чувство — смесь стыда и удовольствия, наслаждения и чувства запретного… Это чувство обволакивало его словно золотистые струи горького меда с горячим молоком. Он тонул в этом прекрасном наслаждении и с каждым прикосновением губ Малфоя, с каждым движением его умелого языка, он чувствовал, что погружается все глубже и глубже. Он уже задыхался, сердце Гарри было готово вырваться из груди, зажав рот руками, чтобы не закричать, он выгнулся, издав протяжный умоляющий стон.

Драко продолжал свою игру…

* * *

«Черт возьми, Поттер! Ты будешь в голос кричать. Ты ответишь за каждый удар моего сердца, когда я терзался из-за тебя… За каждую капельку крови упавшую с прокушенных губ… За каждый вздох, когда я ждал тебя…»

— Мерлин, я люблю!!! Люблю тебя, Поттер! — это жестокое слово острыми шипами вонзалось в холодное сердце Драко, разрывало его изнутри, превращая в кровавые клочья… — Люблю… Люблю…

Он прекратил забавляться, одним резким движением погрузив член Гарри глубоко в рот. Гриффиндорец издал сдавленный крик. Плотно сомкнув губы, Драко делал свои ласки более дерзкими и агрессивными…

— Драко! — от этого крика слизеринец на мгновение замер… Через секунду он почувствовал солоноватый привкус горячей жидкости во рту…

* * *

Гарри, тяжело дыша, откинулся назад. Он услышал сдавленный глоток… потом еще один. Через секунду он почувствовал прикосновение влажных губ к шее. Рука Малфоя накрыла его руку, тесно сжав пальцы…

— Посмотри на меня, — шепнул слизеринец.

Затуманенные наслаждением изумрудные глаза встретились с серыми. В глазах Малфоя сверкнула веселая искорка.

— Повтори, что ты сказал перед тем, как кончить, — он игриво слизнул с губ последние капли… Лицо Гарри зарделось от смущения.

— Что я сказал? — хрипло спросил он.

— Мое имя… Ты назвал меня по имени… Я хочу еще раз услышать, как ты его произносишь…

Гарри обхватил его за шею, притянул к себе и нежно прошептал ему на ухо:

— Драко… Драко… Драаа…

Слизеринец не выдержал, закрыв ему рот дерзким и страстным поцелуем. Губы Драко были солеными на вкус, почему-то это ужасно заводило Гарри. Он прижался бедром к напряженному члену Драко, тот накрыл его бедра своими…

— Поттер… ммм… Гарри… — тихо и ласково произнес он, точно успокаивая. — Мы, конечно, далеко зашли. Но можно еще остановиться. Если сейчас ты скажешь «нет» — ничего не будет.

Гарри, дрожа, смотрел на Малфоя. Грудь его судорожно вздымалась и опадала в такт со сбившимся дыханием.

— Малфой… — еле слышно прошептал он.

Из-под светло-платиновых прядей на него с нежностью смотрели серые глаза Драко. Гарри дернулся… Сознание возвращалось к нему, поднимая волну необъяснимого панического волнения вместе с каждым ударом сердца.

— Но, знаешь, — все так же нежно и тепло произнес Драко. — Я повторю это еще раз… Мне больно, если бы ты знал, как больно говорить это, признавать это… Я люблю тебя, Гарри.

— Драко… Я… я

— Молчи, — ладонь слизеринца накрыла его рот. — Не смей, слышишь, не смей говорить это… Мне не нужны ни жалость, ни благодарность… Что бы ты сейчас не сказал — я не поверю.

Малфой убрал руку и прикоснулся к его губам. Сладкий, нежный поцелуй успокоил Гарри.

— Да… Драко… — тихо выдохнул он в полураскрытые губы слизеринца. — Да…

* * *

«Поттер отдается мне… Вот оно… Он здесь, со мной… И он МОЙ!!!»

* * *

«Малфой… что я делаю? Откуда этот туман? Как это будет? Почему я так хочу этого?»

Боль. Резкая, пронизывающая, нарастающая…

— Драко… — издав мучительный стон, сквозь стиснутые зубы выкрикнул Гарри.

Руки Драко нежно гладят его спину, бедра…

— Расслабься, — шепчет нежный сладкий голос.

Выдох… Новый толчок, и Гарри сильнее сжимает кулаки, впиваясь ногтями в ладони.

— Нет! Хватит… — он пытается ослабить контакт, но Драко хватает его за руку и резко тянет на себя.

— Ааа… ннн… Пожалуйста… — слова тонут в громком крике боли.

Выдох… Из прокушенной губы на белую простынь одна за другой падают капли крови…

Выдох… Драко проникает глубже, и вдруг новые ощущения захватывают Гарри. С каждым толчком все сильнее закипает внутри него сладкая истома. Вздох… Стон… По прежнему больно, но наслаждение настолько велико, что он уже не может контролировать себя, двигаясь навстречу участившимся толчкам.

Выдох… Каждый новый толчок отзывается в его теле этой безудержной приторной болью…

* * *

«Это не впервые… Нет… Не впервые… Ничего нового, и все же… Почему все совсем не так? Откуда такое волнение?»

Широко раскрытыми глазами смотрел на Гарри… Эти плечи… эти бедра… изящная тонкая линия позвоночника… смуглая кожа гриффиндорца… Откуда? Откуда в нем такой восторг? Такое восхищение…

При виде того, как Гарри податливо двигался навстречу ему, возбуждение Малфоя достигло высшей точки.

Поле цветов… Тихо и безмолвно покачивают своими белоснежными чашечками… Черные волосы Гарри на белом цветочном ковре… Тонкий приторный аромат наполняет воздух…

Драко широко раскрыл глаза, и мираж исчез также внезапно, как и появился.

Толчок… Он замер внутри гриффиндорца, чувствуя горячий поток, струящийся вдоль бедер Гарри.

— Дра — ко… — хрипло выдохнул Поттер, в изнеможении падая на постель. — О…ммм…