Читаем Амариллис полностью

Открыв аромат истерии,

Веди нас к такой чистоте,

Что праведней девы Марии…

Отрадное безумие! Сладостное испытание.

Гарри бежал без остановки, бежал до самого замка, не думая о том, что Филч мог заметить его из окна. Бежать! бежать! бежать!!! Подальше от Малфоя, подальше от этих странных мыслей…

Он стоял, опершись локтями на тяжелую дубовую дверь, с трудом пытаясь отдышаться.

«Идиот! Зачем я так себя повел?! Теперь Малфой будет думать, что меня смутило это тупое предсказание… Но ведь оно действительно меня смутило, разве нет? Черт! черт! черт!»

Гарри со всей силы ударил по двери кулаком, стиснув зубы от резкой боли.

«К черту Малфоя!»

Потерев ушиб, он натянул мантию невидимку, отворил дверь и вошел внутрь, стараясь ступать как можно тише. Поднимаясь на второй этаж, Гарри услышал голоса. Он плотнее закутался в мантию, чтобы никакая часть его тела не выглядывала из-под нее, и продолжил подниматься по лестнице, еще осторожнее, чем прежде. Повернув за угол, Гарри замер и прижался к стене — навстречу ему шли Снейп и Дамблдор.

— Я как раз направлялся к Вам в кабинет, — произнес Профессор Снейп. — Я должен сообщить Вам одну новость.

— Что же это за новость? — удивленно спросил Дамблдор.

— Я предпочел бы говорить в Вашем кабинете, — настаивал Снейп.

— Бросьте, Северус, вряд ли кто-то может подслушать нас здесь в этот час.

— Если только Поттер как обычно не бродит по школе, — холодно отозвался Снейп.

— Это касается Гарри Поттера? — предположил директор.

— В некоторой… ммм… степени, — с сомнением произнес Снейп. — Но это связано с окклюменцией. Как Вы знаете, в партнеры Поттеру я предложил Драко Малфоя, и на прошлом занятии обнаружилось, что у Малфоя врожденная и прекрасно контролируемая способность к окклюменции.

Дамблдор удивленно вскинул брови.

— Что Вы говорите?! Это действительно удивительная новость! Но Вы в этом уверены?

— Абсолютно. Я оставил Малфоя после занятий, и попробовал применить к нему легиллименцию. Безрезультатно. Он сам решает, кого и как впускать внутрь своего сознания и что ему показать…

— Это может нам пригодиться Северус, — задумчиво произнес Дамблдор. — Драко Малфой мог бы стать очень ценным человеком, замечательным мракоборцем (при его выдающихся способностях это нетрудно)… Если бы только он не был так зависим от Люциуса.

— Смею с Вами не согласиться, — сказал Снейп. — Драко уже начал подсознательно спорить с отцом, он блокирует его вторжение, может ему лгать… Он начинает мыслить самостоятельно. Драко Малфой очень изменился за лето, и я не могу предположить, что с ним произошло, но эта равнодушная оболочка вокруг него уже рушится…

— Если бы кто-то мог подтолкнуть его… Помочь ему сделать собственный выбор, я не говорю: повлиять, просто показать… Хммм…

Директор и Мастер зелий прошли в конец коридора и повернули за угол. Гарри же со всех ног понесся в башню Гриффиндора.

— Пааароль, — зевая, спросила Полная Дама.

— Забастовочные завтраки, — бросил Гарри и быстро нырнул в открывшийся проем. На диване молча сидели Рон и Гермиона и смотрели на него.

— Гарри, снимай мантию, мы знаем, что это ты, — сказал Рон.

— Где ты пропадал? — взволнованно поинтересовалась Гермиона, когда Гарри снял мантию и сел в кресло напротив.

— Поливал амариллис, — сказал он как можно спокойнее.

— Так поздно? — Гермиона недоверчиво вглядывалась в его лицо.

— А сначала я зашел к Хагриду…

— И даже нас не позвал?! — воскликнул Рон.

Гарри молчал, не зная, что сказать. Он был виноват перед ними: предпочел сидеть с Малфоем в оранжерее, чем пить чай у Хагрида вместе с лучшими друзьями…

— Простите… — наконец выдавил он из себя.

Рон и Гермиона, не ожидавшие, что Гарри попросит прощения, очень удивились.

— Ничего, Гарри, — сказала Гермиона. — Мы же видим, что-то происходит с тобой… Ты ничего не говоришь, мы привыкли к этому, но все же хотим знать, что творится с нашим другом. Неужели все настолько серьезно?

Гарри улыбнулся и покачал головой.

— Нет, — сказал он. — Это все глупости, а я вел себя как идиот.

Утро понедельника было на редкость светлое и солнечное. Гарри проснулся с отличным настроением, решив больше не морочить себе голову этим дурацким раскладом. Он пообещал себе, что даже десять Снейпов не омрачат этот день.

— Ты выиграл лотерею? — спросила Гермиона, наблюдая, как Гарри самозабвенно посыпал кукурузные хлопья сахарной пудрой. Гарри только улыбнулся ей в ответ и принялся за еду.

— Вот мерзость, ты только посмотри, Гарри! — Рон показал на только что вошедшего в зал Малфоя, на котором висла Пэнси Паркинсон.