Читаем Алый Крик полностью

– Если ты будешь беспокоиться о том, как выглядишь, когда танцуешь, то быстро превратишься в изящный труп.

Я слышала, что преследователи бегут за мной, набирая скорость. Преодолев несколько ярдов, я развернулась к ним и дёрнула плечом, сбросив на землю сумку-тубус, чтобы она не мешала мне двигаться. Я боялась, что если убегу далеко от нападающих, они плюнут на меня и вернутся к мальчику. Тот снова стоял на коленях и глядел на меня во все глаза, вероятно задаваясь вопросом, не брошу ли я его. Так или иначе, окровавленная парочка продолжала наступать на меня. Они атаковали как разъярённые безмозглые звери, но при этом совершенно не мешали друг другу. У них, определённо, была какая-то соображаловка, а не только сила и неестественная выносливость.

– Сила – это иллюзия. Сильный человек силён лишь в определённых позициях и положениях. Если не можешь победить противника, встретившись с ним лицом к лицу, заставь его подставить тебе спину.

Я сдвинула ногу влево и оказалась на пути высокого мужчины. Как только он схватил меня, я упала на четвереньки и проскочила у него между ног, крепко сжав свою шпажку. Оказавшись сзади, я ударила его пяткой под колено. Мужчина согнулся и рухнул на правый бок. Но теперь женщина оказалась прямо за мной, и у меня не было времени подняться.

– Для каждого способа борьбы есть свой собственный танец. Овладеть арта эрес – значит, научиться находить этот танец, каким бы странным он ни был.

Я перевернулась на спину, чувствуя под собой тёплый гладкий песок. Когда женщина бросилась на меня, я подняла обе ноги на высоту её живота и выпрямила их. Разумеется, она продолжала приближаться, хватая руками воздух, и своим напором толкала меня вперёд, словно я была лопатой, которой женщина пыталась зачерпнуть пустыню.

– Второй важный урок арта эрес, малышка: не забудь посмеяться хотя бы разочек.

– Посмеяться, папуль?

– Ага. Ты многое узнаешь, наблюдая, как противники реагируют на смех. Возможно, они разозлятся и утратят бдительность. А может быть, поймут, как глупо было драться, посмеются вместе с тобой и выберут Путь Воды вместо насилия. Вот это будет настоящая победа.

– А что, если они не сделают ни того, ни другого? Мне продолжать смеяться?

– Конечно, малышка. Даже если тебя убьют, перед этим ты немного повеселишься.

И вот, я лежала на спине, а орущая безумная женщина пыталась дотянуться до меня когтистыми руками. И я смеялась – так громко, что почти заглушила её жуткие дикие вопли. Я по-прежнему сжимала шпагу, и кончик клинка вычерчивал на песке тонкую отчётливую линию. Я размышляла: если оставаться в таком положении достаточно долго, не привезёт ли меня женщина в конце концов обратно на юг, в дом, откуда я сбежала пять дней тому назад? И не получится ли из этого великолепная байка, которую можно всем рассказывать?

К сожалению, высокий мужчина поднялся на ноги и побежал за нами. Если ничего не предпринять, секунды через три он доберётся до меня…

– А какой самый важный урок, папуля?

– Что, малышка?

– Ты сказал, что смех – это второй важный урок арта эрес. Какой же первый?

Прошло полтора года с тех пор, как Дюррал начал обучать меня приёмам самозащиты аргоси, но я до сих помнила печаль в его глазах. Помнила, как он приподнял брови и страдальчески наморщил лоб. Казалось: размышляя над ответом, Дюррал испытал истинное отчаяние из-за несовершенства мира, в котором мы жили.

– Наступает момент, когда ты понимаешь, чем должен закончиться бой. Иногда это происходит сразу, а иногда нужно время, чтобы разобраться. Но как только ты поймёшь – следуй Путём Грома и наноси удары, без колебаний и без угрызений совести. Делай то, что должно быть сделано, Фериус.