Читаем АльteRNatива полностью

– В «Родничок», – сказал Красный.

Пока мы шли к магазину, я сильно нервничал, опасаясь, что меня кто-то увидит. Попеременно я озирался по сторонам и бросал извиняющиеся взгляды в сторону Бога. Когда мы, наконец, дошли до магазина, Красный взял мою десятку и, добавив к ней свою, отдал бомжу последние распоряжения:

– Возьми литр нефильтрованного и большую пачку сухариков, тебе примерно четыре пятьдесят останется.

– Давай, – бомж раскрыл грязную ладонь.

Красный брезгливо вложил в неё купюры.

– Только в пакете бери.

Бомж сжал деньги в кулак и вошёл в магазин. Другие покупатели мгновенно перед ним расступились. Через несколько минут он вышел и протянул Красному чёрный пакет, Витёк перехватил его пониже ручек и с блеском в глазах сказал:

– Погнали теперь в сад!

Его энтузиазм передался и мне, я почувствовал азарт и волнение. Так было всегда, когда мы собирались пить пиво.

В наших дворах было одно место, которым пользовались все желающие уединиться. Это был заброшенный детский садик, который перестал функционировать уже лет двадцать назад. На территории здесь иной раз творилась настоящая вакханалия. В старых беседках пили пиво мы и такие как мы, в самом здании периодически ночевали бомжи и наркоманы. Пацаны постарше приводили сюда девчонок, а дворовые алкаши часто использовали это место как туалет по малым и большим нуждам.

В общем, этот детский садик был основной точкой нашего квартала, где можно было делать всё непотребное. И, конечно, если бы мы были уже совершеннолетними, мы бы ни за что не стали прятаться среди всей этой мерзости. Но бухать нам тогда ещё было рано, поэтому приходилось изощряться, дабы не нарваться на проблемы со взрослыми.

Мы влезли сквозь дырку в ржавом сеточном заборе и юркнули в первую беседку. Красный аккуратно свинтил пробку и, приложившись губами к горлышку баклажки, сделал несколько больших глотков.

– Куда так торопишься? – недовольно спросил я и покосился украдкой в сторону Бога.

– Да пить охота, – пояснил Красный, передавая мне бутылку.

Я последовал его примеру и сделал примерно столько же больших глотков. Это было делом принципа: пить одинаково, чтобы каждый употребил поровну и в равной степени опьянел.

– Открывай сухари, – сказал я, ещё раз пригубив пиво.

Прокопенко с хрустом разорвал пачку, и несколько штук просыпались.

– Вот растыка! – проворчал я.

– Да ладно, не вопи, – огрызнулся Витёк.

Я протянул руку и вынул из пачки щепоть. Разгрызая закуску, я почувствовал терпкий солёный вкус.

– С салом и горчицей что ли?

Витёк взглянул на упаковку.

– Не, с хреном и перцем. Да какая разница, там одно и то же, химия сплошная, – глубокомысленно изрёк он.

Через пятнадцать минут мы расправились с литром нефильтрованного, по телу растеклась приятная нега.

– Дало в голову? – спросил Красный.

– Да, есть немного.

– Тогда давай пройдёмся, надо всё выветрить до возвращения домой.

– Пошли, – согласился я.

Мы вылезли обратно через дырку в заборе и поплелись по жаркой пустынной улице. Из-за домов послышался колокольный звон, и я с готовностью посмотрел в сторону Бога, извиняясь взглядом за то, что выпил пиво и вообще за всё, что делаю в своей жизни непозволительного. Я знаю, что Бог прощает, но может и покарать, и я готов понести Его наказание в любую минуту.

– Куда ты опять смотришь так странно? – услышал я голос Красного.

– Не важно, – сказал я, не желая снова вдаваться в лживые объяснения.

Наплевать. Может это пиво сделало меня таким расслабленным, а может то, что кроме Красного здесь больше никого не было, и забить на одно мнение было проще, чем на мнение многих.

– Что будешь делать на этой неделе? – спросил я.

– Завтра на рыбалку поедем с дедом. Рано утром, точнее, даже ночью. В прошлый раз в три часа выехали. Потом не знаю, к Делюге думаю сходить, в комп поиграть.

– Да, комп – классная штука. А тебе дед не собирается купить?

– Неа, говорит это вредно для глаз. И вообще, сам знаешь: «товарищ Сталин объявил кибернетику лженаукой».

Он смешно изобразил интонации своего деда.

– Мне вот тоже не покупают что-то, – пожаловался я. – Сейчас уже все кино даже смотрят через компьютер, на дисках. А у нас всё видик.

– На дисках, да, – подхватил Красный. – Ди-ви-Ди ещё появилось. Но цены на них баснословные. Ты видел?

– Да. А что, может, до «Матрицы» дойдём? Полазим там.

– Да, погнали, – согласился Витёк.

И мы пошли в магазин техники «Матрица», в паре километров от наших дворов. По пути Красный затронул ещё одну неприятную для меня тему.

– Интересно, получится у Самсона трахнуть Ангелину, как думаешь?

– Не знаю, – ответил я зло и машинально добавил, – надеюсь, что нет.

К моему удивлению Прокопенко разделил мою надежду:

– Я тоже надеюсь, что нет. Бесят меня такие, как Штерн, если честно. Они как сраные буржуи, про которых дед рассказывает. Родился у богатого папочки на всём готовом и сейчас уже с детства всё самое лучшее для него. И девки ведутся на это. Хотелось бы верить, что Шубина не такая, но как показывает действительность…

Я шагал и хмуро смотрел себе под ноги.

– Что, скажешь я не прав? – потребовал ответа Красный.