Читаем Алоха из ада полностью

— Как и я, но то зелье, что ранило эту тварь, было редким видом яда. Токсин, созданный для воздействия только на демонов.

Я веду машину со средней скоростью. Останавливаюсь на знаках «Стоп» и подчиняюсь всем сигналам светофоров.

— Думаешь, ему нужны были мы?

Видок пожимает плечами.

— Возможно. Но кому было известно, что сегодня вечером мы будем здесь? И зачем кому-то сейчас нападать на тебя? Ты уже несколько недель был паинькой.

Я опускаю окна, чтобы выпустить запах. Я провонял весь «Лексус», но плевать. Ненавижу эти элитные гольф-кары. Безвкусные символы статуса с индивидуальностью, не большей, чем у сэндвича из клея ПВА с белым хлебом.

— Может, кто-то сводил старые счёты. Чёрт, может, он приходил за тобой, — говорю я.

— Кто бы послал за мной демона? — смеётся Видок.

— Не знаю. Те несколько тысяч человек, которых ты ограбил за последние две сотни лет?

— Скорее, сто пятьдесят. Не пытайся выставить меня старым.

— Конечно, отправлять демона из-за чего-то подобного — это уже перебор. Особенно из-за чего-то настолько редкого, что никто из нас не может понять, что это.

— Я…

— Нытик. Твоя подружка — лучший худу доктор в городе. Она наложит тебе компресс со льдом и наколдует какие-нибудь лапки кенгуру. Затем ты сможешь самостоятельно обносить дома через окна второго этажа.

Видок похлопывает меня по плечу.

— Будет, будет… — словно гладит пятилетнего ребёнка с ободранной коленкой. — Я думал, ты будешь счастлив. Тебе пришлось подраться. Пустить немного крови. Разве это не то, чего тебе хотелось?

Я задумываюсь.

— Наверное. И его прикончил ты, а не я, так что мой рекорд без-убийства-тварей всё ещё цел.

— В отличие от твоих рук.

— Немного бактина[14], и к утру они будут в порядке.

— Судя по тому, как выглядят, всё это время они будут болеть. Возьми. Это поможет тебе заснуть.

Он лезет в пальто и протягивает мне зелье.

— Нет, спасибо. Сегодня вечером будет доктор Джек Дэниэлс[15]. У него есть все лекарства, что мне нужны.

Он суёт пузырёк мне в карман.

— Всё равно возьми. Он может припоздниться.

— Да, мам.

— И не забудь почистить зубы и прочесть молитву.

— Иди на хуй, мам.

Мы едем через весь город туда, что отцы города зовут Историческим Округом — ироничное название для городского района, у которого нет истории, но который повидал больше дерьма, чем многие страны. Ничего страшного позабыть обо всех этих Мэнсонах[16], знаменитостях с передозом, высасывающих мозг религиях, НЛО-религиях, дешёвых сатанистах, связанных с рок-н-роллом самоубийствах, захватах земель, серийных убийцах, безжалостных бандах и ещё более безжалостных копах, выживальщиках с ящиками патронов, сигарет и замороженных сублимированных бобов в своих поселениях в пустыне, пока мы не забываем привезти семью в Даунтаун, чтобы выпить латте и полюбоваться поддельными футболками с Микки Маусом.

Мы бросаем машину на парковке отеля «Билтмор» и начинаем прогулку через четыре квартала к Брэдбери-билдинг. Это откровенно глупо, но Видок настаивал, что сможет идти, что бы там ни случилось с его ногой при падении. Я повидал множество травм. И знаю, что не сможет, но позволяю ему ковылять, пока он не хватается за мою руку, пыхтя и отдуваясь, прежде чем завалиться на уличную стойку для газет, заполненную местной рекламой секс-услуг. Я и не знал, что она ещё встречается.

— Не желаешь срезать путь? — спрашиваю я.

— Будь так любезен, — отвечает он.

Я забрасываю его руку вокруг своей шеи и поднимаю со стойки.

Мы ковыляем до угла и огибаем японский ресторан. Я тащу его в тень у служебного входа. Мы входим в Комнату Тринадцати Дверей, и я практически выношу его через Дверь Памяти в кабинет мистера Мунинна.

Каждому хорошему вору нужен скупщик краденного, и у Видока это мистер Мунинн. Обычный магазин Мунинна, который он держит для своих отчасти простых клиентов, расположен на несуществующем этаже старого Брэдбери-билдинг, здания на стыке научной фантастики и арт-деко. Он обслуживает довольно избранную клиентуру — в основном Саб Роза и убер[17]-богатую элиту Лос-Анджелеса. Но если вы когда-нибудь наткнётесь на его магазин и сможете себе позволить Фурию в хрустальной клетке, семена из яблока Евы или эрекционное кольцо Наполеона из китового уса, он вас впустит. Мистер Мунинн бизнесмен.

По-настоящему интересные вещи он хранит в глубокой пещере под Брэдбери-билдинг. Его секретный бутик только для самый странных и отборных предметов в мире. Вот там мы и выходим.

Когда видит нас, Мунинн широко простирает руки, словно благословляет.

— Мальчики, добро пожаловать. Как приятно видеть, что вы снова работаете вместе.

— Совсем как в старые добрые времена. Я хромаю, а он был в огне, — говорит Видок.

Видок плюхается в позолоченное кресло, которое, наверное, принадлежало королю Туту.

Я несколько раз топаю ногой по каменному полу, вытряхивая дробинки, застрявшие в подошвах ботинок.

— В огне — мой лучший образ. Спроси любого.

Мунинн переводит взгляд на Видока, а затем обратно на меня.