Читаем Алое на черном полностью

Решился я лишь глубокой ночью, когда, поужинав соленым салом и печенной в костре картошкой, Степан завалился на боковую. Не знаю, можно ли ему спать, да только мне это на руку. Рассказ мой не для посторонних ушей.

Мы лежали с братом на берегу реки перед догорающим костром. Ночную тишину нарушал только храп Степана да сонное пофыркивание лошадей. В свете луны ровная гладь затона была похожа на черное зеркало. Я хотел искупаться еще вечером, но Степан не пустил.

– Тебе жить надоело, барин? Удумал в ведьмином затоне на ночь глядя купаться? – Он перекрестился, с опаской посмотрел в сторону реки.

Надо же – ведьмин затон! Придумают же такое.

– А почему нельзя здесь купаться? – Игнат смотрел на Степку с внимательным прищуром, и тот не выдержал, отвел глаза.

– И почему затон так называется? – не утерпел я.

Степка, похоже, уже и не рад был, что завел этот разговор, но, если уж мы с Игнатом что-то решили, нас не переупрямить.

– Рассказывай! – велел Игнат, подходя к самой кромке воды и всматриваясь в ее темные глубины. – Все рассказывай, без утайки! – Взгляд у него был мрачный. Никогда раньше я не видел у него такого взгляда.

– Дело давнее. – Степка вздохнул, точно нехотя подошел к воде. – Ведьма у нас жила. Не в деревне, а там. – Он махнул рукой в сторону леса. – Красивая была, аж жуть. Красивая и злая. С бабами оно завсегда так: ежели красивая, так непременно ведьма. – Он снова вздохнул.

– Дальше что? – потребовал Игнат, бросая в затон камень. Вода проглотила камень с жадным чавканьем, и мне отчего-то сделалось не по себе.

– Боялись ее наши-то. Боялись, но за помощью приходили. Ей без разницы было, добро али зло творить, ведьме. И с того света могла человека достать, и в могилу свести. Но красивая… – Степка замолчал. – Как придет, бывало, в деревню, ни один мужик не удержится, чтобы не оглянуться.

– Ты ее видел? – спросил Игнат.

– Видел. – На некрасивом лице Степки появилась мечтательная улыбка. – Кожа смуглая, глаза черные, волосы тоже черные.

– Как у цыган? – спросил я.

– Нет. – Степка замотал головой. – Среди цыганок, конечно, красавицы встречаются, но там просто все, а тут ведьмовская краса, особенная. Один раз взглянешь – и никогда больше не забудешь.

По всему было видно, что Степка и не смог забыть ту ведьму, вон как глаза горят, когда ее вспоминает.

– Она купалась здесь, в этом затоне. – Голос его упал до шепота. – Никогда не боялась, что подсмотрит кто-то. Человеческие законы для нее ничего не значили.