Читаем Алмазные нервы полностью

Я молча пожал протянутую руку.

– Чего смурной такой? «Крылышки» торпедовцев сделали три-ноль! Опять на

серебро прут!

Соколов был страстным футбольным болельщиком, но в данный момент меня интересовало не это. Да и в футболе я разбирался постольку поскольку.

– Где пропадал-то? – продолжал бушевать он, подзывая официанта и заказывая несколько салатов, отбивные с картофелем и графин «Столичной».

Официант обломался в очередной раз – ни шлюх, ни наркотиков… Знал бы он, дурак, что тут будет твориться через пару часов.

– Нигде не пропадал. Со времени пальбы в ДЖ не так много и прошло-то, – безразлично сказал я, допив пиво.

Соколов не моргнул и глазом.

– Да, история! – закивал он. – Постреляли наших умников, как тут и было! Жалко, я не видел…

– Стоп, – поднял я ладонь. – Как это не видел? А со мной рядом кто сидел?

– Я в Курске был, на молочной ферме. Там теленок-мутант родился, – растерянно пробормотал Соколов. – А что такое?

И я рассказал ему все. По его изменившейся роже я видел, что Соколов не врет. Да и к чему ему врать, если все можно проверить? Позвоню я, к примеру, в редакцию, спрошу. Мне ответят.

Когда я закончил, он сидел словно громом пораженный и не отреагировал даже на принесенную снедь.

– Ну и ну, – сказал он наконец. – Хреново. Кто ж это был-то?

– Теперь я думаю, что биокибер. Или андроид, как тебе угодно. Хотя никак не мог такое предположить еще час назад.

– Анди? Иди ты. Это слишком дорогое и почти нереальное удовольствие. Мы не в научно-фантастическом романе. Чтобы убить выдающегося журналиста Таманского, некие темные силы изготовляют андроида, как две капли воды похожего на другого выдающегося журналиста, Соколова, и…

– …и давай-ка мы лучше выпьем! – подхватил я, разливая «Столичную» по бокалам. – Ибо нет смысла закапываться в версиях. Главное, что это был не ты, а я вроде как жив пока.

И мы выпили. Потом выпили еще и еще, официант принес второй графинчик, и я хлестал водку, сконцентрировавшись на одной мысли – без пятнадцати три принять антиалк. Для таких случаев в кармане джинсов я всегда носил капсулу. Антиалк – универсальный протрезвитель, вырубающий даже многие наркотики, не говоря о старом добром алкоголе. Изготовляется в Словении, стоит… Даже страшно представить, сколько стоит, но мне десять капсул достались даром. Знак признательности от одного почтенного японца, которому я крепко помог. Нет, никакого гомосексуального подтекста, чисто деловые отношения. Есть много аналогов, от официальных до шарлатанских, типа «Утра» и антиблевина, но все это чушь. Только антиалк. Короче, вещь полезная и практичная, и именно ею я поправлюсь перед самой облавой. Чтобы все видеть, все слышать и все знать.

Поэтому ровно в четырнадцать сорок пять я, как и планировал, бросил беленькую капсулу в рот и запил очередным бокалом водки. Соколов к этому моменту уже разговаривал с капустным салатом и на мое присутствие внимания не об­ращал. Очевидно, его заберут милиционеры, но жалеть его нечего – небось напишет потом репортаж «Как меня замели в облаву». Деньги еще заработает… Вот только если стрелять начнут, надо его под столик уложить.

Пара минут – и алкоголь просто исчез. Никаких последствий, никаких побочных явлений… Правда, в «Штерне» писали, что антиалк после многократного применения разрушает мозг, но я пока принял только три капсулы. Так что мой мозг может чувствовать себя спокойно. На многократное применение три капсулы просто не тянут.

В эпоху стерео настоящих киноманов днем с огнем не сыскать. В Москве осталось два клуба, скорее смахивающих на тайные общества. В молодости я даже был членом одного из них и с тех пор сохранил привязанность к старым кино­картинам. Так вот, я смотрел много фильмов о работе правоохранительных органов. И старых и новых… И любая облава в них начинается с крика: «Всем оставаться на своих местах!»

Сегодняшняя не стала исключением. В распахнувшуюся дверь клуба рванулись звереобразные мужики в бронежилетах и шлемах, глухо захлопали газовые гранаты, по залу пополз сизый дымок. Его я как раз не опасался, потому что постоянно носил соответствующие носовые фильтры, а вот шальная пуля – совсем другое дело. Поэтому я быстренько переложил Соколова на пол и рухнул рядом.

Перестрелка началась сразу же. Зачинателями неожиданно выступили господа в

смокингах, бросившие свои беседы и извлекшие из-под стола компактные юаровские автоматы «пигмей». Штука послабее «джи», но тоже не подарок, не каждый бронежилет спасет. Нападавшие муровцы укрылись за колоннами и открыли ответный огонь. Со стен сыпалась штукатурка, дробился пластик, со звоном разлетались осветительные панели.

Шушера и проститутки принялись расползаться меж столиков и прятаться за сценой. Через меня кто-то перепрыгнул и полез сквозь завесу лиан прочь, громко ругаясь по-немецки. С улицы надрывно орал мегафон:

– Прекратить сопротивление! Всем сдать оружие!