Читаем Алмаз Мандукья полностью

Одно определенно: я бы не смог выдержать его в своей комнате. И он бы не вытерпел меня также. Он бы просто сошел с ума, когда увидел мою комнату с кондиционером, мои Ролс Ройсы, он бы просто сошел с ума. Он был аскетом, мне кажется, он был просто мазохистом. Эта сырая пища! Он просто пытал себя, он наслаждался тем, что пытал себя. А я не мазохист и не садист. Я не хочу пытать ни себя, ни кого-либо еще. Он был и тем и другим, он был садо мазохистом, он пытал себя и учил людей пытать себя также. Но я говорил о Махавире. Мне приходилось играть словами для того, чтобы передать смысл своего понимания. Это было не просто, но я делал это, и джайны были очень счастливы.

То же самое я сделал с Кришной. Я давал свои комментарии к Кришне, и мне кажется это самые обширные комментарии за всю историю Кришны, к его Гите, они самые обширные. Комментарии Локмана Тилака считались раньше самыми большими, мне кажется там больше тысячи страниц. Но мои комментарии в двенадцать раз больше. Ног, на самом деле, я не согласен с Кришной! Все, что я говорил, слова его, но смысл мой!Но это может быть очень легко сделано с теми святыми, которые мертвы. Что они могут сделать? А когда мы встретимся где-нибудь, а эта встреча обязательно случится, я просто извинюсь. С этим трудностей не возникнет. И я надеюсь, что они поймут, потому что они сами делали то же самое. И я также делают то же самое. С этим не будет трудностей.

Поэтому помни одно, Аджай Кришнан, когда ты хочешь понять меня, не читай того, что я говорил в прошлом, это тебе не поможет. Нужно читать то, что я сказал в последнее время. И когда завтра я что-нибудь скажу, это будет даже лучше. А когда я буду стоять одной ногой в могиле, мои слова будут голой правдой. Но мне пришлось идти окольным путем по простой причине, мне не с кем было поделиться моим опытом, не за кого было ухватиться. С кем? Есть индуисты, есть мусульмане, есть христиане, есть буддисты, есть сикхи, есть парсы, но нет ни одного человека, кто бы не принадлежал этим группам, все уже поделено. И единственный способ поймать христианина - это сам Иисус Христос, еврея через самого Моисея, индуиста через Кришну. Когда они однажды будут со мной, они смогут понять.

Теперь я нашел моих людей, поэтому остальные меня не слишком то заботят. Теперь я могу передавать вам мой собственный уникальный опыт. Ты спрашиваешь меня: «Разве вы не серьезно критикуете их, или вы искренни в вашей критике?»

Я действительно это и имею в виду!

Среди возможных святых, таких как Муктанада и Нитъя-нанда?

Ты говоришь возможных святых? Но это невозможные святые. Муктананда - это совершенно обычный человек. Я встречался с ним. Я проходил мимо его ашрама и его ученики пригласили меня, поговорить всего лишь на несколько минут, выпить чашечку чая. Поэтому я сказал ему: «Хорошо!»

Этот человек был таким плоским, как плоская тарелка, в нем не было совершенно никакой глубины, ничего достойного, даже кусочка. Причем это было очевидно не только мне. Со мной была одна из моих учениц, саньясинка по имени Нирмала Шриваста. Даже она смогла это увидеть. Даже она казалась намного разумнее его. Мы оставались там всего лишь пятнадцать минут, но это было просто пустым время провождением. И в тот миг, в который наша машина отъехала, Нирмала сказала мне: «Этот человек совершенно обычный, для чего мы потратили столько времени? Даже пятнадцать минут жалко!»

Я посмотрел на нее и немедленно понял, что она поняла кое-что относительно него, да, это было. Она подумала: «Если такой глупец как Муктананда смог стать святым, почему я не могу стать также святой?» И эта мысль была справедливой. Теперь Нирмала Шриваста стала великой святой, она путешествует по всему миру, у нее много последователей. Но все это случилось с ней в тот день, когда мы посетили Муктананду. Теперь ее зовут: «Ваше святейшество, Мать Мира, Джагай Джанани, Матаджи, Нирмала Деви Шривастаджи!» Теперь у нее много последователей, они делают то же самое, что делает Муктананда, поднимают кундалини. После того, как она стала свидетелем того, как этот глупец поднимает кундалини у людей, она подумала: «Почему бы мне также не поднимать кундалини?» И она, определенно, намного более разумна, она более способна, чем Муктананда, намного более способна, намного более умела, намного более интеллектуальна. Муктананда - это не святой. Но это не единичный случай.