Читаем Алистер Кроули полностью

Возможно, самая большая клевета в адрес Кроули заключалась в том, что во время Великой войны он был предателем своей страны. Выдвинутое Горацио Боттомли в 1920 году обвинение навсегда запятнало репутацию Кроули, побуждая малоинформированных писателей говорить практически все, что им нравится, об этом человеке и его творчестве. Расследование показывает, что обвинение является ложным; Кроули был в Америке в качестве шпиона союзников. Еще одно конкретное свидетельство было обнаружено специалистом по истории разведки США Ричардом Спенсом.

* * *

Подготовка к войне Кроули была сложной. Его состояние в значительной степени растрачено, лэрд заложил Болескин в мае 1914 года Mysteria Mystica Maxima, управляемой Джорджем Макни Коуи. Активы Кроули состояли из непроданных книг и личных копий, обычно переплетенных Зейнсдорфом. Качественные работы были отправлены на продажу нью-йоркскому коллекционеру Джону Куинну[223].

Интерес Куинна якобы послужил поводом для прибытия Кроули в Нью-Йорк на Хэллоуин 1914 года. До этого времени мы мало знали о передвижениях Кроули. Весной была поездка в Северную Африку, а заметка в коллекции Йорка от мая или июня 1914 года относится к планам возвращения на К2 или Канченджангу. Война перечеркнула это, хотя в июле Кроули поднялся на Юнгфрау в одиночку. Улучшил ли он свою форму ради Гималаев, или это, как предполагает Спенс, было частью миссии по слежке за русскими анархистами, действующими в Швейцарии вокруг коммуны альтернативного образа жизни Монте Верита, недалеко от Лугано, убежища для многих социалистов, теософов, нудистов и анархистов, интересующих спецслужбы? Нет никаких доказательств шпионской миссии Кроули.

После июньского убийства эрцгерцога Фердинанда в Сараево началась словесная война, оттеснившая хрупкий мир с континентального шельфа. Кроули направился в Англию через Париж. Согласно аффидевиту Кроули, предназначенному для представления властям США в 1917 году:

Я был в Швейцарии 1 августа 1914 года и сразу же вернулся в Англию.

Я предложил себя правительству и надеялся получить комиссию от моего друга достопочтенного Эверарда Фейлдинга, лейтенанта R.N.V.R [Королевский военно-морской добровольческий резерв]

В сентябре на меня напал флебит, из-за чего я теперь не могу служить[224].

Кроули предложил свои специальные знания Империи, надеясь получить оплачиваемую должность в разведывательных или пропагандистских службах. Интервью от 26 февраля 1919 г. нью-йоркской газете «The Evening World» предлагает еще один поворот. В 1914 году он находился «на секретной службе британского правительства» и «получил ранение в ногу». Флебит, воспаленная вена на ноге, может быть похож на пулевое ранение. Кроули, что нехарактерно, больше никогда об этом не упоминал. Флебит, если не пуля, был фактом[225].

Несомненно, что Кроули служил разведслужбам своей страны. Его контактом был достопочтенный Эверард Фейлдинг, который работал в военно-морской разведке департамента цензоров, контролируя информацию в целях пропаганды и разведки. В январе 1916 года Фейлдинг уехал из Лондона, чтобы работать в Бюро специальной разведки Восточного Средиземноморья, EMSIB. Согласно аффидевиту Кроули:

Я попросил своего друга достопочтенного Эверарда Фейлдинга, лейтенанта R.N.V.R. найти мне работу. Ничего не произошло; в то время Англия не знала, что люди могут быть полезны на войне. Я перебрался в Америку в ноябре 1914 года.

Я писал статьи, призывая к правильному ведению войны, прекращению хамской борьбы и мобилизации всей нации и ее богатств. Это было названо непатриотичным; с тех пор все мои рекомендации приняты.

В сентябре 1914 года «The Observer» напечатал сообщение о нападении Германии на Реймс. Писатель настаивал на том, чтобы Германия ожидала «поэтического правосудия»; Кельнский собор будет перенесен в Реймс «камень за камнем» как «символ и памятник нашей победы». Письмо принадлежало Кроули. По крайней мере, как пропагандист Кроули был потенциально ценным активом.

В 1929 году, пытаясь восстановить свою репутацию, историк Тринити-колледжа Джеральд Йорк написал Фейлдингу о лояльности Кроули во время войны. Я нашел ответ Фейлдинга.