Читаем Алиса в Изумрудном городе полностью

— Испытания закончены. Белый Жезл отказывается от дальнейшего снижения температуры звезды, так как это грозит опасностью для обитателей данной планетной системы…

Отлично. — улыбнулась Алиса — А теперь направимся к Черной дыре Икс.

Черная дыра беспрестанно пожирала все, что попадало в ее ненасытную пасть.

Гай-до медленно приблизился к ней.

— Начнем! — скомандовала Алиса.

Залп — и футляр с зловещим Черным Жезлом ушел в черную дыру. Мгновенно она вспыхнула нестерпимо ярким светом.

— Все! — объявил Гай-до. — Фиксирую абсолютный вакуум.

— Да здравствует Звездная Лисица! — восторженно закричали Бесстрашные. Все начали обниматься.

В это время Звезда Смерти покинула Солнечную систему, а Император получил сообщение:

….Дарт Вейдер стоял на капитанском мостике Звезды Смерти и глядел в просторы Вселенной.

На мостике появился гранд-мофф Таркин.

— Шеф — нерешительно произнёс он — Император в страшном гневе. Он не понимает, почему вы не провели изъятие Черного Жезла. Также поступило сообщение, что захвачен главарь повстанцев Люк Скайуокер. Император требует вас к себе.

Вейдер помедлил. И каким-то странным голосом произнес:

— Не волнуйтесь. Я и только я отвечу перед Императором. Отдайте приказ — мы возвращаемся.

Когда генерал ушел, Вейдер разжал кулак. Там переливался зеленым огнем изумруд.

— Амидала… — прошептал Энакин Скайуокер — Подожди. Как только я рассчитаюсь с Императором за все наше горе и горе всех людей — мы воссоединимся. Пожалуйста, обязательно дождись меня!

Он посмотрел туда, в просторы Космоса, где осталась планета с удивительной долиной. Улыбнулся. В первый раз за долгое время.

Вейдер в последний раз улыбнулся. Черты лица Люка, его сына, расплылись перед глазами, утихла боль в сожжённых лёгких, мягкая густая тьма окутала тёмного лорда, укачивая его на пологих волнах, погружая в вечный сон…

Золотой свет пронзил тьму, Вейдер зажмурился, но свет был мягким, и лорд открыл глаза. Сначала перед ними плясали просто разноцветные пятна, но потом они прекратили своё бешеное вращение, и тёмный лорд увидел над собой потолок из светлого дерева, полосатый от солнца. Он лежал на кровати. Из открытого окна дул прохладный ветерок, а за окном шелестела листва.

— Какой хороший сон, — мелькнула мысль. — И дышать совсем не больно.

Он машинально откинул лёгкое одеяло… И замер. Его тело было здоровым. Ни чёрной брони биоподдержки, ни обожжённой, обугленной кожи.

— Это всего лишь сон, — произнёс он. — Только сон…

— Эни, сколько можно спать? Ты не забыл, что мы собирались в Изумрудный город на праздник Солнца? И твоя мама собиралась с нами. Так что подъём. Джедаям не пристало валяться в постели…

Этот голос… Но откуда?! Она же умерла на борту того звездолёта… Или нет? А мама? Разве он сам не похоронил её в жарком песке Татуина?

Падме вошла в спальню и притворно нахмурилась.

— Подъём, Энакин!

Энакин. Не Дарт Вейдер. Не тёмный лорд.

— Падме…

Он словно слепой протянул к ней руки.

— Неужели это только сон?…

Их губы встретились.

— Это не может быть сном! Не может!

И это не было сном. Ведь реальность — это то, к чему мы стремимся, это счастье, это желание быть с теми, кого мы любим. Это — жизнь.