Читаем Али. Жизнь полностью

Бой начался в 10:40 вечера. Сонджи, взявшая себе фамилию Клей, от которой отказался ее муж, сидела с Кэшем и Одессой. Неподалеку от Клеев, на местах у ринга, сидели Фрэнк Синатра, комедийный актер Джеки Глисон и актриса Элизабет Тейлор. Это был первый и последний раз, когда Льюистон испытывал такой наплыв звезд. Толпа освистала появление Али и радостно приветствовала Листона, отлично проиллюстрировав мудрость, которая гласит, что враг моего врага – мой друг. Возможно, Али был самым ненавистным человеком в Америке в 1965 году.

Судья Джерси Джо Уолкотт, сам бывший чемпион в тяжелом весе, встретил бойцов в центре ринга и напомнил им о правилах. Пока не ударили в гонг, Али склонил голову и вознес молитву в направлении Мекки, а Листон тяжело прошагал в противоположный угол.

И вот начался бой. Али в белых шортах выглядел большим и сильным как никогда: его грудь и плечи были такими же внушительными, как у Листона, его торс подтянут и мускулист. Он не стал бежать, как он сказал Шарнику. Вместо этого он метнулся в центр ринга и зарядил два быстрых удара. Показав всему миру свой боевой настрой, он вернулся к тактике, которую все от него ожидали, – пятился, нарезал круги вокруг своего противника, в то время как Листон гонялся за ним и отвешивал удары, которые чаще всего не достигали цели. Каждый раз, когда Листон пытался прижать Али к углу, тот ускользал, как правило, влево и отплясывал еще один круг по рингу. В большей части своих боев Али использовал джебы во время движения, но в этот раз он сосредоточился на своих танцах, позволив сопернику преследовать его. Прошло девяносто секунд матча, а Али нанес только два джеба и оба мимо. Возможно, он оценивал Листона, а возможно, сохранял дистанцию ради своей безопасности.

В схватке с медлительным и немолодым Арчи Муром Али нанес восемьдесят шесть ударов в первом раунде. В прошлую свою встречу с Листоном он нанес сорок семь ударов за первый раунд. Теперь, в первые две минуты своего реванша с Листоном, Али выдал всего восемь ударов, лишь три из которых были успешными. Этот раунд выглядел как самый безобидный и несущественный за всю его профессиональную карьеру и, казалось, служил лишь для того, чтобы проверить выносливость Листона. Али вертелся вокруг Листона круг за кругом, ускользая от его ударов.

Когда до конца раунда оставалась минута, Листон прижал Али к канатам. Мухаммед стоял на цыпочках, покачивая плечами влево и вправо, перемещая свой вес, чтобы превратиться в движущуюся мишень. Листон сделал рывок и нанес левый удар. Али широко распахнул глаза и открыл рот. Он откинул подбородок и позволил удару мягко приземлиться чуть ниже правого плеча. Сонни занес правую руку, чтобы нанести еще один удар, но оказался слишком медленным. Али выдал резкий удар своей правой, который пришелся Листону в висок. Он наклонил свою голову, словно человек, который обронил свой кошелек. Его правое колено согнулось, а тело сложилось пополам.

Затем Али атаковал апперкотом, но тот угодил в пустоту, потому что Листон распластался на своей спине: руки над головой, ноги широко расставлены, словно тряпичная кукла. Листон был повержен, и это случилось так быстро, что многие зрители даже не успели понять, что произошло. Али возвышался над павшим бойцом и рычал, в то время как фотографы судорожно щелкали и перематывали пленку. Листон перекатился на правый бок, встал на одно колено, затем снова рухнул, как пьяница, который решил остаться на земле и выспаться.

Али в экстазе прыгал по рингу.

Примерно через восемнадцать секунд Листон наконец поднялся. Бой должен был закончиться, но Уолкотт забыл начать отсчет, потому что пытался утихомирить Али, который не желал уходить в нейтральный угол, как того требовали правила. Когда Уолкотт осознал свою ошибку, он поспешил в сторону ринга, чтобы посоветоваться с Натом Флейшером, издателем журнала «The Ring» и неофициальным членом боксерской комиссии, который заявил, что Листон пробыл в нокдауне десять секунд. В отсутствие Уолкотта Али и Листон снова начали драться. Али нанес еще четыре хука – левый, правый, левый, правый – до того, как Уолкотт вернулся и разнял бойцов, объявив, что все кончено: Али победил нокаутом.

Листон проковылял в свой угол. Тем временем Бундини первым добрался до Али и поднял его в воздух. Затем подоспел Рахман, который протянул руку своему брату и вытащил капу.

– Он просто лег на землю, – сказал Али Рахману.

– Нет, ты ударил его, – ответил Рахман.

– Мне кажется, он…

– Нет же, мужик, ты ударил его.