Читаем Альфа Эридана полностью

— В распоряжение «ракеток» можно было бы предоставить Меркурий, — деловито добавил Максим Лихо. — Там условия сходны со Странной планетой. Пусть обоснуют там колонию… Я знаю, что тебя беспокоит, Антон. — Максим прямо посмотрел на капитана, качнул головой: — Напрасно. Человечество достаточно сильно, чтобы справиться с ними в случае чего. Но я не верю, что дело дойдёт до конфликта. Мыслящие существа всегда найдут способ понять друг друга…

Антон Новак стиснул челюсти, но, ничего не ответив ему, повернулся к Торрене:

— Ты, Юлий?

— Нужно тщательно изучить, как движется рой. — В чёрных глазах Торрены светилось любопытство учёного. — Нет замкнутой конструкции, судя по всему, нет антивещества, а они уже достигли скорости 40 000 км/сек. Интересно, смогут ли они достичь околосветовых скоростей?

— Ло Вей?

Этот ответил не сразу:

— Они не хотели с нами общаться, не попытались хоть как-то сообщить нам, что будут лететь за нами… Меня настораживает это. Я не верю, что они не смогли передать информацию.

— Вы что думаете, Патрик?

— Откровенно говоря, мне нравится идея: привести их на Землю. Вот и всё… А ваше мнение, капитан?

— Моё мнение… — Новак оглядел всех и сказал, чеканя каждое слово: — Нам следует любыми путями отделаться от них.

Новак и Ло Вей, выбиваясь из сил, тащили по коридору к входной камере электромагнитной катапульты контейнер со сжатым антигелием. Огромная масса этого небольшого цилиндрика из ядерного материала при каждом толчке вырывалась из рук, при неверном шаге заносила в сторону, стремилась раздавить хрупкое человеческое тело о стену. «Фотон-2» летел с околосветовой скоростью — сказывался эффект возрастания масс. От непосильного напряжения бешено колотилось сердце, дрожали руки.

Из-за наглухо запертой двери общего зала в коридор нёсся грохот кулаков и гневные крики: там были Сандро Рид, Максим Лихо, Торрена и Лоу. Люк входной камеры был уже близко, когда Новак опустил контейнер на пол, почувствовав, что иначе пальцы разожмутся сами. Он распрямился и глубоко вдохнул воздух. В этот момент крики и грохот в общем зале прекратились.

— Они что-то задумали, — прислушавшись, сказал Ло Вей. — Совещаются…

Антон нагнулся и ухватил край холодного цилиндра:

— Взяли! — и они, шатаясь из стороны в сторону, снова потащили его вперёд.

…Сказанное тогда Новаком вызвало горячие возражения. Его поддержал только Ло Вей:

— Да, я тоже считаю, что мы ведём на Землю неизвестную опасность! — он попытался пересказать то, что увидел на экранах. Но (видно, Ло Вей и сам не был уверен в своём впечатлении) рассказ вышел сбивчивый и никого не убедил. Однако время не терпело — решили продолжить дискуссию из кабин. Все разошлись по своим местам. Новак вернулся в рубку управления и включил двигатели; тогда он ещё надеялся, что рой «ракеток» не выдержит соревнования в скорости…

Шли сороковые сутки разгона. «Фотон-2» близился к полусветовой скорости, однако рой не отставал. Гигантскими прыжками-вспышками он настигал звездолёт, как только тот удалялся от него на несколько тысяч километров. Юлий Торрена внимательно исследовал спектры вспышек, однако мог только сказать, что это не антивещество. «Ракетки» знали какой-то иной принцип движения, не менее эффективный.

Дискуссия о том, как быть с «ракетками», не затихла, а, наоборот, всё более и более разгоралась.

Астронавты переговаривались с помощью видеофонов из своих кабин; когда же капитан на несколько часов выключал двигатели, чтобы люди могли отдохнуть от связывающей тяжести инерции, все собирались в общий зал и споры продолжались.

— Не только вести их за собой, но и даже указать направление на солнечную систему — значит поставить человечество под удар, — доказывал Новак. — Смешно думать, что они ограничатся Меркурием. Они захватят всю систему…

— Почему ты считаешь их завоевателями, Антон? — восклицал Сандро. — Разве нас, людей, влечёт в другие миры стремление покорить кого-то? И их тянет за нами жажда знаний.

— Знания нужны не просто так, а для дальнейшего развития жизни, Малыш. «Ракеткам» же для этого нужны ещё и новые земли. Вокруг Ближайшей вращается только одна планета. Им на ней уже тесно. Когда людям двести лет назад стало тесно на Земле, они начали заселять Марс и Венеру, они создали атмосферу на Луне. А им деваться некуда.

— В Солнечной хватит места и для нас, и для них. Зачем подозревать, что «ракетки» будут стремиться уничтожить людей? — вмешивался Патрик Лоу.

— Да потому, что между людьми и этими кристаллическими тварями не может быть ничего общего, — включался в спор Ло Вей. — Бред испортившейся электронной машины имеет больше общего с нашим мышлением, потому что всё-таки мы программируем наши машины. А они… они не знают наших чувств, наших восприятий — и не проймут наших мыслей. Мы принципиально различны с ними. Нам нужен воздух — «ракеткам» он мешает летать. Нам нужна вода — для них она мало существенна. Нам нужна органическая пища — они потребляют лучистую энергию.

— Пустое! — раздавался уверенный бас Максима Лихо. — Между мыслящими существами не может быть пропасти. Они поймут нас.