– Воин не может лежать, когда…

– Ладно-ладно, - улыбнулась девушка, подняв лицо навстречу лунным лучам. - Сейчас разовьёшь теорию. Рыцарь.

– Кто? - насторожился гигант.

– Рыцарь, это такой… ну воин, который соблюдает все правила и обычаи. А особенно - отношение к женщине. Правда, как я читала, они, ну, обходительно относились только к своим дамам сердца. А к разным там простолюдинкам… Ай, долго объяснять. Скучно.

– Интересно. А какие обычаи и правила у них были? Я слышал только о конкистадорах.

– Нет, рыцари, это совсем другое! Разные. Красивые. Ну, к примеру, не бить лежачего.

– А чего он лёг?

– Ну, оглушил один рыцарь другого, тот упал с эээ не знаю, как по вашему лошадь. Вот. Упал и лежит. У них такие эээ панцири железные были, что самостоятельно и не встанешь. Вот противник и не добивает. Ждёт, когда тот встанет.

– А тот встанет и потом убьёт меня?

– Может быть, но в честном бою.

– Интересно. Расскажи ещё?

– Потом. Идём лечиться.

В последующих перерывах девушка, отдыхая, рассказала, что помнила, про рыцарей. Правда, помнила она немного, из нескольких романов. И рассказала какую-то сказку на мотивы Айвенго. Про добрых рыцарей благородных разбойников, не менее благородных королей и, конечно, про рыцарскую любовь. И как горели глаза у Аллигатора!

– И тогда, поняв, что они никогда не будут вместе, он отправился на войну и бросился в самую гущу боя. И погиб героем. Когда его нашли, он ещё дышал и умер с её именем на устах, - закончила девушка одну из историй, скомпилированных из нескольких романов.

– А она? Что она? - глухо спросил великан.

– Она? О, она… - хотела рассказать про черствость и неприступность дамы сердца Алёна, но запнулась, увидев странный блеск глаз Аллигатора.

– Она…, узнав о любви и смерти героя, долго горевала. Потом… когда её сватали, ну хотели отдать другому, не смогла жить без этого рыцаря и покончила с собой. отравилась, - нафантазировала девушка. По тому, как прояснилось лицо Аллигатора, она поняла - попала в точку. Тот облегченно вздохнул и послушно улёгся для завершающего сеанса.

– У меня тоже есть девушка сердца, - шёпотом признался воин, когда Алёна погасила свои лучи и откинулась на выдолбленной табуретке. - Но это табу. А рыцари ради любви нарушали "табу"?

– Нет! - вздохнула девушка. - Иначе они не были бы рыцарями.

Великан тяжело вздохнул.

– Но ради любви таких рыцарей нарушали табу их возлюбленные. Они ведь не были рыцарями, - лукаво покосилась девушка на простодушного гиганта. Тот моментально просиял.

– Ты сможешь ещё рассказать про рыцарей? - попросил он.

– Не знаю Алл…, а как звать-то тебя по-людски?

– Как?

– Ну, как мама звала? Как твоя "табу" зовёт?

– Моя… зовёт меня… Чико.

– Мальчик?

– Нет. На нашем языке, тоже крокодил. Только… маленький, - смущаясь, пробормотал гигант.

– А мне можно?

– Ты меня спасла. Ведь спасла? Тебе было больно. Ты терпела - я видел. Можно. Но расскажешь ещё? Расскажешь?

– Понимаешь, Чико, я ведь не истории разные рассказывать сюда пришла. Мне домой надо. Мы договорились: всех вылечу - и меня отправят. Поэтому, извини, занята буду.

– А вот, как со мной? - Когда пьёшь луну?

– Не знаю. И вождь? Разрешит?

– Не обо всём спрашивают Вождя.

– Ну, ладно. Давай, Чико, не сейчас. Поволокусь спать.

Гигант низко поклонился, затем схватил обалдевшую девушку в свои руки - лопаты, аккуратно потёрся своим здоровенным носищем об носик девушки, ещё раз поклонился и вышел.

– Какой же это Аллигатор, - пробормотала девушка, пробираясь переходами к своей комнате. - Это какой - то Слон. Слоник. Грозный и нежный. Ишь, как его рыцарство заинтересовало. "Табу". Ох, догадываюсь я, кто такая эта "табу".

Улыбаясь своей догадке, девушка выпила кем-то заботливо оставленный на столике сок неведомого фрукта и упала на кровать отсыпаться.

Глава 20

В это же время, переговорив с кем-то по сотовику, Вождь приказал немедленно позвать к нему сына и в ожидании заметался по своей "приёмной".

– Ну вот и свершилось, - сообщил он зевающему и потягивающемуся юноше.

– Вылечила - таки, да?

– Да, мой сын, да! - необычайно торжественно подтвердил Вождь. Он подошёл вплотную к преемнику и пристально посмотрел тому в глаза. - Ты понимаешь, что это значит?

– Ну, прежде всего, что я немного дольше проживу.

– И как! Как проживёшь! Ты понимаешь - то, что мы ищем здесь по легенде - лишь крохи того, что принесёт нам эта колдунья!

– Ну, ты на это намекал.

– А, кроме того, слава и власть… и благоденствие для нашего племени и народа!

– Это всё здорово, Вождь, ты действительно велик, только…

– Договаривай.

– Поводок?

– Думал уже. Наверное, только один.

– О! Я уже и догадался. Ты же у нас неотразим!

– Не дерзи! - вспыхнул вождь.

– Разве на правду обижаются? - прикинулся наивняком юноша.

Отец испытывающее всмотрелся в наследника. По чёртикам в глазах понял - дерзит-таки. Но сейчас решил не обострять.

– У нас есть средство. Ты знаешь.

– Так, может, лучше в меня?

– Ты молод и не сможешь разумно распорядиться этим даром. А это главное. Ну, а как женщина она… не из наших и не должна вызывать вожделения.