Читаем Александр Невский полностью

Разорительное Неврюево нашествие, которое косвенно затронуло и Новгород, вновь привело к разделению новгородцев на две враждебные партии. Одна, суздальская, во главе с семьей посадника Степана Твердиславича стояла за союз Новгорода с Владимиро-Суздальским княжеством и только оттуда желала иметь князя-.наместника. Вожди этой партии отличались расчетливостью и отстаивали государственные интересы всей Русской земли. Другая партия стояла за волю «по старине» и готова была принять любого князя, признававшего новгородскую вольность и противостоявшего бы Владимиру и Суздалю. Если в первой партии преобладали бояре и зажиточные купцы, торговавшие на Суздальщине заморскими товарами, то во второй были простолюдины: смерды да худые мужики-вечники, славившиеся безудержным буйством. Когда споры между двумя партиями накалялись, то только архиепископ с крестом в руках мог остановить побоище.

Князь Александр Ярославич в течение всей своей жизни пытался лавировать между двумя партиями. Он равно любил и Новгород, и Суздаль, ибо и тот и другой город были для него прежде всего частью единой Русской земли. Ее он лелеял в своих мыслях, заботясь, чтобы Свеча Рода Русского не угасла.

Потому особенно горько было услышать князю Александру о том, что младший его брат, князь Ярослав Ярославич, чувствуя себя обделенным, захватил престол во Пскове — «младшем брате» Великого Новгорода, а затем стал зариться и на сам Новгород. И новгородское вече поддержало его: новгородцы выгнали сына Александра Невского князя Василия из Новгорода и пригласили на княжение Ярослава. Князь Александр двинул свои войска на Торжок, где находился Василий. Там он соединился с дружиной сына и пошел на Новгород «в силе тяжце». Ярослав испугался и бежал во Псков. «Меньшие» новгородцы решили насмерть стоять «за Правду новгородскую, за свою вотчину». Они собрали свое собственное вече на Торговой стороне, возле Николо-Дворищенского собора, на Ярославовом дворе. По требованию горластых мужиков-вечников были смещены и посадник — участник Невской битвы Сбыслав Якунович — и тысяцкий. Великий князь прислал с Городища на вече суровую грамоту с требованием выдать ему зачинщиков мятежа. Это вызвало бурное негодование. В ответ вече избрало посадником своего любимца Ананию, человека бескорыстно служившего новгородской вольнице. Вечники поклялись на иконе Пресвятой Богородицы стоять всем заодно за Святую Софию, за «Правду новгородскую». Свою конную рать они поставили у церкви Рождества, а пешую — у церкви Святого Ильи, напротив Городища.

Между тем «вятшие» собрали другое вече на Софийской стороне, у храма Святой Софии, и выбрали посадником Михалка Степановича, внука Твердислава. Они тоже стали собирать свое войско у Юрьева монастыря для того, чтобы, переправившись через Волхов, ударить на «меньших» возле Городища. Там стояла дружина князя Александра, и «вятшие» намеревались соединиться с ней.

Князь Александр колебался. Он хотел избежать кровопролития, а потому вновь послал к «меньшим» своего посланника, боярина Бориса, и потребовал выдать Ананию-посадника. «Или не выдадите, — говорил он, — то я не ваш князь, но враг, иду на город ратью». «Меньшие» заволновались и послали к князю архиепископа Далмата и тысяцкого Клима, умоляя увести рать из города и оставить им Ананию. «Ступай, князь, — говорили они, — а злодеев не слушай, на Ананию не наступай, а на всех мужей новгородских перестань сердиться».

Князь отверг просьбу владыки.

А «меньшие» по-прежнему стояли твердо. «Если князь не согласится с нами, — говорили они между собой, — то пусть будет Бог ему судья и Святая София, а князь без греха».

Три дня и три ночи продолжалось противостояние. На четвертый день князь опять послал грамоту: «Если лишите посадничества Ананию, то я вас помилую».

«Меньшие» не выдержали. За четыре дня их рвение поубавилось. Новгородцы послушались уговоров бояр. Анания добровольно сложил с себя посаднический чин и покинул город. Восстание прекратилось.

Великий князь Александр с войском выступил из Городища в город. У Прикуповичева двора его встретил архиепископ Далмат с духовенством и всем народом. Посадничество Михал ки Степановича было подтверждено. Уезжая, великий князь вновь оставил наместником своего сына князя Василия.

Боярская партия победила. Получилось так, что Александр Невский действовал в ее интересах, но одновременно и в интересах всего Новгорода, а также всей Руси. При этом он действовал в духе суздальского единодержавия великого князя Андрея Боголюбского, брата своего деда.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

100 мифов о Берии. От славы к проклятиям, 1941-1953 гг.
100 мифов о Берии. От славы к проклятиям, 1941-1953 гг.

Само имя — БЕРИЯ — до сих пор воспринимается в общественном сознании России как особый символ-синоним жестокого, кровавого монстра, только и способного что на самые злодейские преступления. Все убеждены в том, что это был только кровавый палач и злобный интриган, нанесший колоссальный ущерб СССР. Но так ли это? Насколько обоснованна такая, фактически монопольно господствующая в общественном сознании точка зрения? Как сложился столь негативный образ человека, который всю свою сознательную жизнь посвятил созданию и укреплению СССР, результатами деятельности которого Россия пользуется до сих пор?Ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с жизнью и деятельностью Лаврентия Павловича Берии, читатели найдут в состоящем из двух книг новом проекте известного историка Арсена Мартиросяна — «100 мифов о Берии»Первая книга проекта «Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917–1941 гг.» была посвящена довоенному периоду. Настоящая книга является второй в упомянутом проекте и охватывает период жизни и деятельности Л.П, Берия с 22.06.1941 г. по 26.06.1953 г.

Арсен Беникович Мартиросян

Биографии и Мемуары / Политика / Образование и наука / Документальное
Сталин
Сталин

Главная книга о Сталине, разошедшаяся миллионными тиражами и переведенная на десятки языков. Лучшая биография величайшего диктатора XX века, написанная с антисталинских позиций, но при этом сохраняющая историческую объективность. Сын «врагов народа» (его отец был расстрелян, а мать умерла в ссылке), Д.А. Волкогонов не опустился до сведения личных счетов, сохранив профессиональную беспристрастность и создав не политическую агитку, а энциклопедически полное исследование феномена Вождя – не однодневку, а книгу на все времена.От Октябрьского «спазма» 1917 Года и ожесточенной борьбы за ленинское наследство до коллективизации, индустриализации и Большого Террора, от катастрофического начала войны до Великой Победы, от становления Свехдержавы до смерти «кремлевского горца» и разоблачения «культа личности» – этот фундаментальный труд восстанавливает подлинную историю грандиозной, героической и кровавой эпохи во всем ее ужасе и величии, воздавая должное И.В. Сталину и вынося его огромные свершения и чудовищные преступления на суд потомков.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Аплодисменты
Аплодисменты

Кого Людмила Гурченко считала самым главным человеком в своей жизни? Что помогло Людмиле Марковне справиться с ударами судьбы? Какие работы великая актриса считала в своей карьере самыми знаковыми? О чем Людмила Гурченко сожалела? И кого так и не смогла простить?Людмила Гурченко – легенда, культовая актриса советского и российского кино и театра, муза известнейших режиссеров. В книге «Аплодисменты» Людмила Марковна предельно откровенно рассказывает о ключевых этапах и моментах собственной биографии.Семья, дружба, любовь и, конечно, творчество – великая актриса уделяет внимание всем граням своей насыщенной событиями жизни. Здесь звучит живая речь женщины, которая, выйдя из кадра или спустившись со сцены, рассказывает о том, как складывалась ее личная и творческая судьба, каким непростым был ее путь к славе и какую цену пришлось заплатить за успех. Детство в оккупированном Харькове, первые шаги к актерской карьере, первая любовь и первое разочарование, интриги, последовавшие за славой, и искреннее восхищение талантом коллег по творческому цеху – обо всем этом великая актриса написала со свойственными ей прямотой и эмоциональностью.

Людмила Марковна Гурченко

Биографии и Мемуары
Моя борьба
Моя борьба

"Моя борьба" - история на автобиографической основе, рассказанная от третьего лица с органическими пассажами из дневника Певицы ночного кабаре Парижа, главного персонажа романа, и ее прозаическими зарисовками фантасмагорической фикции, которую она пишет пытаясь стать писателем.Странности парижской жизни, увиденной глазами не туриста, встречи с "перемещенными лицами" со всего мира, "феллинические" сценки русского кабаре столицы и его знаменитостей, рок-н-ролл как он есть на самом деле - составляют жизнь и борьбу главного персонажа романа, непризнанного художника, современной женщины восьмидесятых, одиночки.Не составит большого труда узнать Лимонова в портрете писателя. Романтический и "дикий", мальчиковый и отважный, он проходит через текст, чтобы в конце концов соединиться с певицей в одной из финальных сцен-фантасмагорий. Роман тем не менее не "'заклинивается" на жизни Эдуарда Лимонова. Перед нами скорее картина восьмидесятых годов Парижа, написанная от лица человека. проведшего половину своей жизни за границей. Неожиданные и "крутые" порой суждения, черный и жестокий юмор, поэтические предчувствия рассказчицы - певицы-писателя рисуют картину меняющейся эпохи.

Александр Снегирев , Елизавета Евгеньевна Слесарева , Адольф Гитлер , Наталия Георгиевна Медведева , Дмитрий Юрьевич Носов

Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Спорт