Алексу потребовалось некоторое время, чтобы понять: она подшучивает над ним, да и то, лишь после того, как хихикнула Пегги, а Элиза прикрыла глаза руками, он осознал, что эта шутка свела на нет все впечатление от названных им званий и фамилий. Постепенно шутка дошла и до остальных, и Черч выдавил натянутый смешок, а Стивен начал вглядываться в лица сидящих за столом, чтобы понять, как реагировать. Когда у тетушки Гертруды вырвался громкий, похожий на мужской, хохот, Алекс понял, что шутка Анжелики снова попала в цель.

Но неожиданно к нему пришла помощь.

– О, да ладно, Анжелика, ты же знаешь, что мама за всю жизнь переписывалась лишь с двумя королями, один из которых был в изгнании на итальянском острове размером не больше «Угодий», – заметила Элиза, обернув шутку против сестры.

Алекс с облегчением улыбнулся, за стол постепенно вернулось веселье, и остаток вечера прошел в шумном водовороте разговоров, сигар и пряного сидра. Весь вечер Гамильтон старался сохранить жизнерадостность, но Анжелика невольно нащупала его ахиллесову пяту. Она была права: он действительно выбрался из ниоткуда.

Близилась полночь, когда Алекс направился к гардеробной, готовя себя к прогулке по ночному морозу. Анжелика вылетела из-за угла, как ястреб, и схватила его за руку, одарив улыбкой, в которой смешались вызов и грусть.

– На самом деле, полковник Гамильтон, – заявила она, – у вас нет ни гроша за душой, не так ли? Жаль, ведь вы, похоже, всерьез увлечены моей сестрой, и, вынуждена признать, ваше чувство взаимно. Увы.

Второй раз в жизни Алекс не нашел слов, чтобы ответить одной из сестер Скайлер.

24. Новости от матери

Спальня Элизы, Морристаун, штат Нью-Джерси

Февраль 1780 года

Когда тетушка Гертруда уютно устроилась в своей постели, Элиза втолкнула обеих сестер в свою спальню на втором этаже. Покачав головой, она стукнула подушку так, что та подскочила на кровати.

– Анжелика Скайлер! – начала Элиза. – О чем ты думала?

Старшая сестра вздохнула и некоторое время молчала, прежде чем достать из своей сумочки письмо и протянуть его сестре.

– Тебе тоже стоит прочитать его, – обратилась она к Пегги. – Это касается всех нас.

В комнате было свежо, и Пегги забралась к Элизе под одеяло, в согретую грелкой постель. Анжелика скользнула за ширму и начала переодеваться в ночную сорочку, пока Элиза читала письмо матери вслух.