Читаем Алекс & Элиза полностью

Во-первых, они находились в главной ставке Континентальной армии, где солдаты были снаряжены настолько хорошо, насколько это вообще возможно. А во-вторых, признаться честно, на этом вечере ей хотелось выглядеть особенно. Приезд Анжелики и Пегги заставил осознать, что она – единственная из взрослых сестер Скайлер, у которой до сих пор нет возлюбленного. И, наконец, Элиза же не выбирала это платье сама. Его прислала ей мать. И позволить ему пылиться в сундуке было бы расточительством. Абсолютно непрактично! Она даже решилась надеть парик. А когда тот оказался на голове, удивилась про себя, почему не носила его раньше. Он берег голову от сквозняков, и к тому же с ним не нужно было сидеть неподвижно полчаса, а то и час, пока горничная начесывала, укладывала, пудрила и закрепляла каждую прядку. Нужно было лишь подколоть собственные волосы наверх и подождать, пока огромное, похожее на серебристый торт сооружение окажется на голове – и вуаля! – обычная девушка превращалась в восхитительную мадемуазель.

Когда она спустилась вниз, около двадцати гостей уже усаживались за столы, выставленные в ряд в холле первого этажа и накрытые расшитыми льняными скатертями цвета слоновой кости. Фарфоровые тарелки украшали золотая с зеленью роспись и позолоченная кайма, а тяжелые серебряные приборы – витиеватая гравировка. Бокалы из олова были так начищены, что блестели словно серебряные в свете трех восьмирожковых канделябров, венчавших столы.

– Китченерам удавалось накрыть отличный стол, – заметила тетушка Гертруда, когда Элиза спустилась вниз. – Но сегодня именно ты будешь его украшением. Идем, – добавила она, – твои сестры давно уже в парадной гостиной.

Пегги и Анжелика болтали с полудюжиной других ранних гостей, среди которых был и Стивен ван Ренсселер. За два года с их первого с Пегги танца он вырос почти на восемь дюймов и теперь возвышался над ее младшей сестрой почти на голову. Элиза обрадовалась, заметив, что он превратился в симпатичного, хоть и излишне серьезного, молодого человека.

– Ренсселервик, поместье моего отца, включает около 768 тысяч квадратных акров, или 1200 квадратных миль, то есть приблизительно одного размера с Лонг-Айлендом. На нашей земле живут более трех тысяч арендаторов с семьями, которые выращивают тысячи голов крупного рогатого скота, овец, свиней, да, и еще индеек, уток, кроликов…

Анжелика подошла к Элизе и прошептала ей на ухо:

– И синиц, и саранчу, и семьдесят две разновидности блох!

Сестры тихо рассмеялись. Анжелика продолжила:

– Миссис Уизерспун допустила непростительную оплошность, спросив его, кем он хочет стать, когда вырастет. Он сказал, что хочет стать «хозяином поместья», и теперь на протяжении почти пятнадцати минут распространяется о том, чем будет владеть, во всех подробностях. Не могу даже сказать, боятся ли люди его прервать из-за богатства и связей или просто впали в ступор.

– …пшеница – основная зерновая культура, но есть еще овес, рожь, кукуруза, люцерна, сорго и… – продолжал Стивен.

Элиза прикрыла улыбку затянутой в перчатку ладошкой. Вероятно, молодому помещику предстояло еще овладеть некоторыми социальными навыками.

– Мы не должны быть к нему слишком строги, Анжи. В конце концов, он еще так молод, а обязанности, ожидающие его в будущем, действительно обширны.

Она взглянула на Пегги, которой удавалось смотреть на своего разглагольствующего кавалера с выражением, вполне похожим на искренний интерес.

– Думаешь, Пегги действительно выйдет за него? Мне ненавистна сама мысль о том, что ей придется умирать от скуки всю оставшуюся жизнь просто потому, что жених оказался богат.

– Богат? – переспросила Анжелика. – Он настолько выше обычных богачей, что для него не найдется подходящего слова. Говорят, его отец – богатейший человек во всех колониях – богаче, чем Джон Хэнкок или Бенджамин Франклин, – а значит, и сын тоже.

Элиза кивнула, но все же поправила сестру.

– Ты хотела сказать, во всех Соединенных Штатах.

– О, можем мы хоть сегодня не говорить о войне? – простонала Анжелика. – Папа все время говорит о ней, и мистер Черч тоже. Давай хоть раз побудем беззаботными девушками и поговорим о нарядах, переменах блюд за ужином, новом романе Сэмюэля Ричардсона и тайных свиданиях?

Вновь послышался голос Стивена.

– …поставил себе цель изъездить все 4649 миль дорог и тропинок поместья. По моим подсчетам, я прошел приблизительно 949 с половиной миль, что значит, мне осталось еще три тысячи…

– Кто называет 949 с половиной приблизительной цифрой? – простонала Анжелика.

Она хотела продолжить, но Элиза ее остановила.

– Ты упоминала мистера Черча? Ты все еще встречаешься с ним?

Анжелика кокетливо отвела взгляд.

– Не совсем.

– Что значит «не совсем»? Вы расстались?

– Не совсем, – снова повторила Анжелика, заметно наслаждаясь таинственностью.

– Анжелика Скайлер, не заставляй меня щипать тебя на виду у гостей!

Та повернулась к сестре, схватив ее за руку.

– Черч едет сюда!

– ЧТО?! – Элиза вскрикнула так громко, что все в комнате – кроме Стивена, – посмотрели на нее.