Читаем Алек полностью

— Нет, потому что он прав. Твои трусики волнуются из-за глупостей.

Я сузила глаза и громко вздохнула.

— Хорошо, может быть, они и волнуются, но по очень важной причине!

Я чувствовала, что совершила самый страшный грех.

Алек фыркнул.

— Тебе приснился грязный сон, большое дело.

Я отключила телефон, прерывая смех Эйдин и нырнула под одеяло, мечтая умереть. Смех Алека последовал за мной, и я попыталась заткнуть уши пальцами, чтобы заставить его исчезнуть, но это не помогало.

Затем он прыгнул на кровать и перенес часть своего веса на меня.

— Свали с меня, ты весишь тонну! — пожаловалась я.

Алек улегся рядом со мной.

— Слушай, я знаю, ты смущена из-за того, что случилось этим утром, но у меня есть кое-что, чтобы подбодрить тебя.

Любопытство взяло надо мной верх, поэтому я медленно выглянула из-под укрытия. Алек посмотрел на меня и ухмыльнулся, когда поднял вверх пакет, который был у него, когда он вошел в комнату.

Я уставилась на него.

— Что ты мне купил? Машину времени?

Он фыркнул.

— Нет, просто кое-что, что поможет тебе почувствовать себя лучше, — произнес он, вручая мне пакет.

Я взяла его, заглянула внутрь и улыбнулась, когда увидела коробку конфет.

— Спасибо, но я на диете и не могу есть...

Алек поднял руку и покачал головой.

— Нет, я принес тебе эти конфеты в качестве подношения мира, и ты возьмешь их, и съешь, и они тебе понравятся.

Кем он себя возомнил?

— А если я этого не сделаю?

Он ухмыльнулся.

— Если ты этого не сделаешь до того, как твоя мама окажется здесь, я расскажу ей, что у тебя был мокрый сон обо мне, и ты испортила наши простыни.

— Ублюдок! — закричала я, кинувшись на него с кулаками.

Алек схватил меня и засмеялся, упав на кровать и потянув за собой. Я изо всех сил пыталась от него отделаться, сев на него верхом. Он подмигнул мне, указывая на наше положение тел.

— Это тебе о чем-то напоминает? Может быть, какой-то определенный сон?

— Нет, потому что во сне ты был сверху, — я распахнула глаза в ужасе от того, что только что сказала. — Заткнись нахрен, Алек.

Он рассмеялся, когда я скатилась с него.

— Я ненавижу тебя, — произнесла я в подушку.

Он обнял меня.

— Неправда. Я могу тебе не нравиться, но ты меня не ненавидишь. В конце концов, мы друзья, а друзья не должны ссориться, как мы.

— Друзья, да?

Я вздохнула, сдаваясь.

— Хорошо, мы друзья. Теперь ты отстанешь от нас?

— Нас?

Я закатила глаза. — Меня.

— Но ты сказала нас.

— Нас также означает меня.

Алек наклонился ко мне.

— Знаешь, что? Я живу в Ирландии уже три года, и ирландцы все еще ставят меня в тупик, когда говорят определенные вещи.

Я пожала плечами.

— Видно тебя все устраивает, раз ты все еще живешь там.

— Даже если бы мне не нравились местные жители, я бы все равно там жил.

Я подняла брови.

— Почему?

— Там, где моя семья, мой дом... Еще мне очень нравится природа.

Я усмехнулась.

— Мне тоже, там красиво.

— Ты красивая.

Я вспылила.

— Прекрати это.

— Что прекратить? — Алек улыбнулся, посылая мне «трахни меня» взгляд.

— Это! Перестань пытаться соблазнить меня.

Он моргнул и рассмеялся.

— Прости, я даже не подозревал, что соблазняю тебя.

— Может быть, это потому, что ты флиртуешь с людьми так часто, что это стало твоей второй натурой так же, как и дыхание — ты делаешь это и даже не замечаешь.

— Это навык.

— Это заноза в заднице, вот что это такое.

Он пошевелил бровями. — Я знаю, что еще может стать занозой в твоей заднице...

— Алек, клянусь Богом, если ты закончишь это предложение, я засуну свою ногу так далеко в твою задницу, что тебе понадобится хирург, чтобы вытащить ее.

Он в оцепенении уставился на меня, а затем пробормотал:

— Ты еще более изобретательна со своими угрозами, чем Брона.

Я улыбнулась про себя.

— Мне жаль, что я угрожаю тебе, и раз я здесь, прости что я такая сука. Почему бы нам не начать сначала? Привет! Я — Кила Дейли, приятно познакомиться.

Алек улыбнулся и взял мою руку, поднес ее ко рту и, поцеловав мои костяшки, ответил:

— Приятно познакомиться, Кила Дейли. Я — Алек Слэйтер.

Я вздохнула.

— Итак, Алек, как ты любишь проводить свободное время? Только приличные занятия, пожалуйста.

Он улыбнулся, покачал головой и ответил:

— Я люблю животных. Когда я возвращаюсь домой, то помогаю местным приютам, которыми управляет DSPCA (прим. пер. — Dublin Society for Prevention of Cruetly to Animals — Дублинское общество по предотвращению жестокого обращения с животными). У них очень ограничены финансовые средства, поэтому они всегда рады добровольцам. Но больше, чем жертвовать деньги, я люблю уделять им свое время. Это то, что мне действительно по душе. Что насчет тебя, как развлекаешься ты? В свою очередь ты можешь дать максимально откровенный ответ.

Я хотела посмеяться над последним предложением, но не сделала этого, потому что была слишком занята, осознавая услышанное. Алек добровольно работал в приютах для животных, и ему это нравилось.

И это только добавляло ему привлекательности.

— Эм, мне нравится писать. Это не так круто, как волонтерство, но...