Читаем Алеет восток полностью

Кто не понял — система наказаний в нашей Конторе: замечание, предупреждение, расстрел. Да успокойся, Люся, про третье я за все годы не слышала, ну если только явно злонамеренно, и с тяжкими последствиями. А если со следующим порученным делом справимся хорошо, так замечание и снимут. И нет, Люся, про Узбекистан ты у Юрочки своего сама расспросишь!

Хорошо хоть, шляпки нам вернули. Правда, вид они имели, побывав в невской воде… но в ДИМе сказали, что сделают как новые! Мелочь, а приятно — вот нравится мне такой фасон, поля в ширину плеч, чуть вниз опущенные, и обязательно вуаль — как у дам ахматовского «серебряного века».

Расстрельные списки товарищ Сталин утвердил без изменений. Рекомендации для трибунала, с подписью И. Ст. — но вряд ли у судей будет иное мнение?

Окраина Шанхая. 26 июля 1950.

Во времена парусного флота было выражение — «зашанхаили». Когда после попойки в портовом кабаке, ты просыпался в матросском кубрике совершенно незнакомого тебе судна, уже в открытом море, и зверского вида боцман с плеткой в руке разъяснял тебе твои обязанности. Или это ждало тебя после бокала вина, выпитого в веселом доме — полагаете, клофелинщицы появились лишь в недавнее время? Или в темном переулке тебя ударят по башке тяжелым предметом — а затем, в бессознательном состоянии доставят в порт и сдадут «своему» шкиперу. Такое могло быть в любом порту — в Европе этим славились лондонский Ист-Энд, Гамбург и Марсель — но в Шанхае, особенно!

Время изменилось? Но когда идет война, то солдатам, да и офицерам тоже, надо снять напряжение и получить удовольствие, по своему вкусу. А в таком городе как Шанхай — много заведений, самого разного плана, на любой достаток и вкус. Ну а что иные из их клиентов влипают в разные истории — так это риск, входящий в плату

В затемненной комнате трое, азиатского вида. И еще один, привязанный к стулу. Раздетый до пояса — это тоже психологически ломает. Сдернуть мешок с головы, выдернуть кляп изо рта — и допрос начинается.

— Я американский офицер! Требую немедленно освободить меня — именем Соединенных Штатов!

Старший из китайцев поморщился и сделал знак рукой. Один из его помощников, сноровисто заткнул пленнику рот, а второй сделал что-то, отчего американец задергался, пытаясь разорвать веревки.

— Стой — сказал старший, на почти правильном английском — будет обидно, если наш белый друг покинет нас, уйдя в небесный мир, прежде чем мы насладимся беседой. Сэр, мы знаем кто вы — вопрос лишь, знаете ли вы достаточно, чтобы нас заинтересовать? Если нет, то к нашему сожалению, вам очень не повезло. Я человек очень занятой, и мое время, которое сейчас уходит на вас, стоит дорого. Потому, советую вам отвечать на вопросы быстро и точно — иначе Ван снова сделает вам больно. Вы согласны на сотрудничество — или предпочтете исчезнуть?

Американец закивал. Ван выдернул кляп.

— Итак, ваша фамилия, звание, часть?

— У вас мои документы. Послушайте, если вы из «триад», то мое правительство заплатит вам больше, чем кто бы то ни было! Аааа!!

— Лишние слова. Отвечайте на вопрос.

— Капитан Джордж Фламмери. Штурман 93й эскадрильи метеоразведки.

— Куда летали?

— Шэнси. Коммунистическая зона.

— Летали бомбить наших братьев? — спросил один из тех, кто стоял за спиной пленного.

— Так вы комми? Нет, мы никогда не брали бомб! Только смотрели погоду над целью. А дальше штаб решал, и прилетали уже другие. Или не прилетали, если решали не бомбить. Послушайте, я всего лишь исполняю свою работу! Я ничего не имею против вашего Председателя Мао! Нам приказывают, и мы летим.

Старший поморщился, и снова сделал знак рукой. Американец заорал.

— Много слов. Отвечайте по делу. Ван, тебе замечание — не отвлекай нашего гостя. Продолжим. Ваша эскадрилья базируется здесь?

— Нет, мы сидим на Окинаве. А здесь сели дозаправиться. Последний раз крутились над целью дольше обычного, и командир решил домой не тянуть. Ну и развлечься, тут все-таки цивилизации побольше.

— Что у вас были за цели?

— Сиань. Уже третий раз над ней крутимся, и я знаю, что другие экипажи тоже. Но ни разу еще не бомбили! Просто какому-то чину в большом штабе наверное надо поставить отметку на карте! Так что мы не причинили никакого ущерба вашей стране!

— Вы ведете только метеоразведку?

— Только ее! Для разведки целей есть особые эскадрильи, с фотоаппаратурой. И лаборатория на борту, пленку в полете проявляют. А у нас весь бомбоотсек метеозондами забит — ну это такие штуки, их бросаешь и смотришь, куда его ветер понесет.

— Вы летали только над Сианью?

— Последнюю неделю, да. Ну еще окрестности ее, миль на сто. Послушайте, я всего лишь исполнял приказ!

Старший задавал еще вопросы. Кто командир вашей эскадрильи, ее эмблемы, имена. Куда еще летали? Кто еще базируется на вашем аэродроме? И тому подобное.

Затем кивнул — и один из подручных набросил удавку американцу на шею. Хрип, тело обмякло. Может быть ты, Джордж Фламери был и неплохим парнем — но тебе сильно не повезло, оказаться не в том месте и не в то время!