Читаем Akladok полностью

Что делать? Побежал, ну наверх, на холм, а они и справа, и слева. Все, думаю, по снегу далеко не уйду, не вырваться мне, в клещи берут, сволочи… И тут они вдруг попятились куда-то. Пятятся, прячуться, а я не понял сначала. И тут вижу… Меня как громом в грудь фигануло. Там, на холме, мужик стоит одетый как этот… гардемарин. Думаю, что за хрень, он один, а их куча туева. А ему по фигу. Стоит, и шпага у него такая тонкая-тонкая, – сморщился Родион.

Лорд Эйза и Королева Иллис переглянулись.

– И я понял: все. Сейчас начнется. Не зря все эти призраки со своими мечами так засуетились. А он стоит… Вы не представляете как стоит! Умный, гад: ждет, чтобы поближе подошли! И шпага такая то-онкая такая. Я чувствую, все, пиздец, рыпаться бесполезняк ну по-олный. Он же меня заодно с этими призраками укопает и не заметит. Меня прямо так и пробрало, и я ползком, ползком…. А потом как рванул, бежал, бежал и… вот здесь очутился. И они…, понимаете, вот только сейчас дошло, как оно все. Ну, в том смысле…, – Родион вдруг дернулся, привстал и мутным взглядом, из которого исчезало сознание, уставился в сторону двери, – Выходит они, вовсе и не за мной охотились…, – закончил он.

И отключился.

У двери стоял невысокий изящный человек в расшитом золотом камзоле. В одной руке у него была роскошная меховая шуба, а на перевязи висела длинная тонкая шпага. Тон-нкая-тонкая…

– Здравствуйте, – проговорил человек хриплым голосом с акцентом, похожим на немецкий. И улыбнулся одним глазом – другой был закрыт живописной темной повязкой.

– Здравствуйте, – нерешительным и немного испуганным голосом проговорила за всех Настя, – Я вам сегодня говорила… Это он, капитан Дук.

***

– Да, лед – страшная вещь, – капитан Дук откинулся на спинку кресла и его полузакрытый глаз благодушно оглядел присутствующих. – Лед очень страшная вещь, но не самая страшная.

Иван повертел в руках кружку. Привычный предмет: массивная ручка, гладкие темно красные очертания, в которых тускло отблескивает огонь в печи. После недавней «газовой атаки» дом, кажется, снова нагрелся. А вот, его, Ивана, руки, белая кожа, пальцы, которые слишком коротки для того, чтобы хорошо играть на фортепиано, потемневший ноготь, который он не так давно прищемил дверью. Кто-то говорил, что если посмотреть на руки во время сна, то и во сне можно быть сознательным. Ну что ж, собственно, вот его руки, и что?

– Никак не предполагала, капитан, что для вас существуют страшные вещи, – заметила Королева Иллис.

– Ваше Величество, пусть меня разорвут на части сто пушечных ядер одновременно, и каждый кусочек плоти съедят разные рыбы, но еще никто не имел причин считать меня трусом! Просто, должен заметить, страшная вещь – это страшная вещь. Даже если ее не бояться.

– Извините, но мне тоже кажется, есть вещи пострашнее льда, – зачем-то сказал Иван, не отрывая глаз от рук, которые дернулись и начали теребить кружку.