Читаем Ах ты... дракон! полностью

Пещера была на месте — довольно ровный параллелепипед, с округлым потолком, смахивавшим на своды знаменитой Грановитой палаты, но куда как повыше, с рассыпанными по нему крупными светляками, подозрительно похожими на те «лампочки» в избушке… пол тоже никуда не делся — теплый и ровный, засыпанный темными, упруго пружинящими листьями негорючего местного дерева.

К сожалению, драконы тоже никуда не исчезли. И отдернувший голову «следователь» рассматривал меня теперь уже откровенно не по-хорошему.

— Какой… интересный результат, — процедил он, — и чего ты этим хочешь добиться, детеныш?

— А вы? — не успел я схватить себя за язык. Мне было странно легко, точно эта вспышка сдула часть мути в голове, и злость тоже была какая-то легкая, веселая… и быстрая такая — не удержишь.

Что… что это сейчас было? Что он сделал?

Дракон по-змеиному качнул головой — влево-вправо, влево-вправо. Как танцующая кобра.

— Допустим, я поверил, что ты не любишь магов. По этому твоему… темпераментному пожеланию. Но это ничего не меняет.

Это что, это он мысли мои сейчас прочитал?!

Ничего себе… неожиданности. Но если так, то может…

— Темпераментно? Это что ты там такое вычитал, Орраш? — дракон, придерживавший меня за левое крыло, заинтересованно придвинулся.

— Ничего особенного, — сверкнул глазами следователь. — Так, кое-какие человечьи повадки. Но еще раз повторю: это ничего не меняет — мы не пускаем к себе человечьих выкормышей с их пакостными сюрпризами. Понял, детеныш?

Тут и не захочешь — поймешь.

— А я сюда и не рвался. Завяжете нам глаза, выпихнете из ваших гор — и больше никогда не увидите.

А что? Мечтать не вредно! Если мечты не озвучивать… Нет, при других условиях могло прокатить, но сейчас драконьи морды налились откровенным скептицизмом.

— После стольких усилий сюда попасть? — почти мурлыкнул дракон. — Трогательное спасение нашей девчонки, героический перелет через человечьи земли — и все только для того, чтобы доставить ее сюда. И сразу улететь? Верю-верю. Только если придумаешь что-тоболее убедительное.

Гад.

— Ничего другого вы не услышите. Потому что это правда.

А это почти приятно — в кои-то веки не врать.