— Это не…

— Доберемся до нашей стоянки, — хрипло изрекает «иллюзия», — я тебе все разъясню… человек.

Глава 20

— Вон, вон он сидит…

Тихий шепоток почти сливался с ветром и неплохо глушился птичьими криками, так что сначала я успешно пропускал его мимо ушей. Как и ветер, впрочем. И снег, успевший намести у моего бока целый сугроб. Но дети — чьи бы они там ни были — это не то, что можно долго игнорить. И скоро шепот (а заодно и шорох камня под неосторожными шагами, и шипение с хихиканьем) зазвучали куда отчетливей:

— Я сначала подумал, что он спит, а он…

— Тише.

— Да я и так… ой, осторожнее.

— Сам осторожнее, ты мне на хвост наступил!

— Тихо вы, услышит же!

— Не шевелится… не слышит? Что там такое интересное, в пропасти этой? Смотрит и смотрит…

— Может, позвать кого-то? А то он что-то давно на нее смотрит.

— Ну он же только на сферу больной? Был бы на голову — ему бы Следящего привесили. И в Бережители назначили кого-то… ну… посерьезнее.

— А что у него со сферой-то?

— С пламенем вроде чего-то…

— Чего — чего-то?

— Тихо вы!

— Сам тихо!

— А что не так? На вид вроде все как у всех…

На вид. Ага. Пропасть (вполне впечатляющая, кстати) резко перестала привлекать мое внимание. Не конкурент она детишкам, совсем не конкурент.

— Да я тебе кто — Ведающий? Не может он пламя кидать. И еще, говорят… да ты что, с сестрой моей сговорился? Она мне лапы оттаптывает, ты — хвост!

— Да я… ты сам его мне под лапы пихнул!

— А крылом я себя тоже сам по гребню приложил? Вот подожди, выберемся, я тебе тоже по шее долбану. Тогда поймешь, как это весело.

— Да я и ждать не буду! А ну, попробуй протянуть свое крыло — сразу по нему схлопочешь.

— А ну перестали цапаться, а то обоим чешую начищу!

Я невольно хмыкнул и покосился на мелочь: в пылу разборки драконья малышня позабыв о скрытности, уже вовсю толкалась хвостами-крыльями и шипела на три голоса. И абсолютно не замечала, что скальная расселина, в которой они прятались, давно осталась позади. Сосредоточенно пыхтящий клубок из толстеньких шей, по-детски коротких хвостиков и неокрепших лап-крылышек катался уже на каменистой неровной площадке…

И только наткнувшись на подставленное крыло, они озадаченно замерли.

— О чем спор, воинство? Бабочку не поделили?

Клубок распался. Три серебряных тельца, потирая пострадавшие места (каждый свое) жалобно уставились на меня темными глазками.

— Не спит…

— Не сплю, — согласился я. — Чего надо, мелочь?

Настроение было зашибись. Какая там в мире самая глубокая впадина? Марианская? Вот где-то там оно и болталось, мое настроение. Хотя в этом мире, может, и поглубже есть.

В этом мире много чего есть.

Черт его дери.

Погано у меня на душе, если честно.

Я не ждал от драконов сказки, нет — я вообще ни от кого никаких сказок не жду. Принцип у меня такой, так меньше обломов от жизни получишь. Толку с этого, правда, так себе — жизнь у нас на подляны щедрая, жди их, не жди, все равно по физиономии получишь. А дальше от тебя все зависит: удержишься на ногах или нет, и даже если нет, то уползешь — или останешься валяться, размазывая кровь и сопли…

Я всегда выкручивался. Хитрил, отступал, откупался, уворачивался, лишь бы удержаться, не свалиться совсем уж в болото, откуда не выберешься. Я всегда мог отступить и поступиться.

А теперь — все. Устал. Не могу. И не хочу ничего. Добило меня это наше «сафари на драконов». Этот экшен по подвалам и крышам с постоянным страхом подставить Янку и бабу Иру, это ныряние из кипятка в холод, когда только успел хвост из капкана выдернуть — а в тебя уже из ружья целятся, оказывается. Славкины отчаянные глаза, его слова, когда он думал, что умирает… что-то со мной не так после этого.

Я думаю про Янку и нашу бабушку — все-таки мы их бросили, бросили там. И что бы она в записках не писала, выжить одинокой старой женщине и маленькой девочке непросто даже в нашем мире. А тут? И быстро нам их не забрать — драконы.

Драконы оказались совсем не такими, как нам представлялось. Нет, мы не думали, что это «кровавые твари» из местных легенд, но…

Вот что я раньше знал о драконах? Да ничего. Когда-то, когда еще мальком был, смотрел вроде какие-то мультики, мама сказки читала… и? Драконы и драконы, ящерицы такие вроде динозавров, летают где попало, живут в пещерах, с гномами у них еще проблемы — золото никак поделить не могут. И зачем им эта желтая железка? Какой с нее толк? Да что я понимал тогда? У нас в доме золота всего-то и было, что мамино обручальное колечко. Ну принцесс они воруют, в пещеры к себе тащат. В пять-шесть лет в принцессах я разбирался еще хуже, чем в золоте, и понять, зачем летучему ящеру нужны эти хныксы-ябеды в платьицах, мне было не по силам. Да и поди укради такую, она ж совочком дерется! Мама на такие высказывания улыбалась и обещала, что вот стану я чуть старше — и мы с ней почитаем «Хоббита»…