Читаем Академия Весны полностью

– Которая еще и наваляла тебе только этим утром, – ухмыляется Листан.

– За-ткнись, – прикрыв глаза, шипит Фандер.

– Так, теперь вода – и на берег.

– Ты правда думаешь, что она успеет? Она никогда не водила яхту, она не справится! «Анча» скоростная, суперлегкая и…

– Справится, – качает головой Рейв. – Сейчас мы с ней так хотим жить, что, пожалуй, справимся с чем угодно.

Когда парни следуют за ним, Рейв чувствует облегчение: он бы совсем не хотел остаться сейчас один на один со страхом, что с Брайт что‐то случится. Прислушивается к ощущениям, но пока его грудь топит только восторг от полета. Они добегают до крыльца, где предсказуемо нет студентов. Возле палатки с кофе стоят соседки Брайт со стаканчиками в руках. Увидев Рейва, они срываются с места и бегут навстречу.

– Где она? Она тут?

– Нет, мы уходим, – быстро бросает Рейв.

– Ты… ты собрался ее погубить, да? – шипит Лю Пьюран.

– Эй, кукла, полегче. Не ори, а то услышит кто, – спокойно велит Якоб, и Лю меняется в лице, дергает подбородком.

– Не указывай.

– Да что ты.

– Так, а кто из вас кто? Воды наколдовать в силах?

– Пфф… – Овада и Мелона пихают друг друга плечами и складывают руки на груди.

– Тогда бегом на берег, у нас мало времени.

Разросшаяся компания пересекает аллею и сворачивает на засыпанную листвой дорогу к побережью. Вечер особенно холодный, осень уже вовсю разыгралась, и Рейв представляет, как околеют они в открытом океане.

– Нам нужно что‐то теплое. Брайт в одной толстовке, кажется. И я одет не по погоде. – Он тянет себя за школьное парадное пальто с бордовым подбоем.

– О, это я легко, – щебечет Овада.

Вся группа тормозит на ступенях, ведущих к берегу. Парой пассов Овада превращает подклад в меховой, делает шикарный воротник, а Мелона критически качает головой.

– А давай капюшон?

– О силы, ну давай капюшон, – морщится Овада.

Потом они крутятся на месте в поисках чего‐то для Брайт, Лю молча скидывает свое пальто.

– Не замерзнешь? – выгибает бровь Овада, но Лю парой движений делает воздух вокруг себя почти горячим.

Стоящий рядом Якоб отшатывается, а потом подбирается поближе, оценив всю пользу экимки. Мелона держит пальто на вытянутых руках, пока Овада колдует над ним.

– Так, Брайт не станет носить с баской, делай прямой крой.

– А это действительно так важно? – вздыхает Фандер, на лице которого отвращение еще с самой кофейной палатки.

– А это действительно нужно комментировать? – цокает Мелона. – И шапку!

– Мы же ей с собой упаковывали.

Мелона пожимает плечами, встряхивает пальто и довольно его оглядывает.

– Идеальное!

– Мы можем идти? – торопит Листан.

– Да. Бегом, – велит Рейв. – Только кто‐нибудь останьтесь. Яхта может вызвать шумиху, вдруг кто придет.

– Я останусь. – Нимея поджимает губы. – Обнимите ее за меня…

– Лучше я. Я староста, меня послушают, – делает шаг вперед Фандер.

– Я тебе не доверяю! Ты всех сдашь, лишь бы насолить Брайт, – решительно заявляет Нимея, машет всем на прощание, и они с Фандером остаются на верхней ступеньке, поглядывая на здание Академии.

– Много ты обо мне знаешь, – бормочет Фандер.

– Я тебя знаю с детства, проклятый расист, – отвечает она и, чтобы больше не слушать Хардина, обращается волчицей.

Остальные спускаются к причалу и нервно топчутся на месте. Рейв напряженно следит за горизонтом. Ме-лона и Овада ищут, что бы трансфигурировать в бутылки для пресной воды, а Якоб стоит рядом с краснеющей и переволновавшейся Лю, которая от нервов кусает ногти. Рейв не чувствует страха Брайт, кажется, адреналин глушит все эмоции. Он знает только одно: она жива, этого даже достаточно в данной ситуации, и все равно приходится выдумывать пути отступления на случай, если все пойдет прахом.

– Она! – визжит Лю так, что все вздрагивают, а Мелона роняет большую бутыль с водой, которую успела наколдовать, и заливает ею себе все ноги.

– Вот черт, я же заболею! – хнычет она.

– Прости. – Лю бросается к ней, быстро сушит джинсы и кроссовки. – Лучше?

– Ага…

– Ты уверена? – хмурится Рейв, обращаясь к Лю.

– Ну, мне кажется, что да. Видите… что‐то белое на горизонте?

– Ладно, теперь и я вижу, – кивает Якоб.

– Да-да, правда, и звук, да? Мотор ревет?

– Она, – соглашается Рейв.

Только успевшее возникнуть напряжение рассеивается. Теперь Рейв нервно приплясывает, будто разминается перед боем. Не может стоять на месте, над ним будто нависает невидимая рука.

Небо стремительно темнеет, и оттого еще волнительнее в последний раз стоять на суше в Траминере. Все кругом становится густо-черничным, океан напоминает виноградный бурлящий джем, шумит и будто собирается вставать сегодня ночью на дыбы. Даже воздух кажется иным. Никогда, покидая дом после отбоя, Рейв не чувствовал себя так волнительно. Ни одна охота не делала с ним это, ни одна вылазка в паб, ни одно свидание. Совсем скоро он поднимется на борт торгового судна, а выйдет уже в Дорне. И все, прощай, прошлая жизнь. Навсегда. Это определенно самое безумное, что он когда‐либо делал.

– Ты как? – спрашивает Листан, который все это время стоял в сторонке, будто его и не было.

– Нервно. Но счастлив.

– Я рад, – улыбается он. – Значит, больше не увидимся?