Читаем Академия в тайне полностью

Ветер пробирал до костей и взъерошивал мои волосы. Я взглянула на воду и увидела лунную дорожку, что протянулась по всему озеру. Она словно звала в мир и покой, который мне был просто необходим, но вместо этого я готовилась к разрыву с молодым человеком, который был мне дорог и вполне мог стать тем самым спустя некоторое время.

Он подошел ко мне и бережно взял за руку. Я не стала оборачиваться, чтобы он не заметил слезинку в уголке глаза.

— Ты просто не представляешь, что я испытываю, когда ты далеко от меня. Ты говоришь, что мое отношение к тебе всего лишь сумбурная реакция моего тела на твое происхождение, но, когда мы познакомились с тобой и впервые поцеловались я понятия не имел кто ты такая, и ты ответила на поцелуй, не потому что ты демон-искуситель, а потому что тебе понравился и ты решилась. А когда мы с тобой бродили по городу и смеялись над историями моего детства, разве это были не подлинные чувства? Когда я умирал, то запомнил как ты испугалась и попыталась мне помочь, а сейчас ты засомневалась? Тебе не стыдно?

Предательские слезы все-таки коварно стекали по щекам. Зачем он это говорит? Разумеется, понравился, и я за него переживаю! Черт, да я бы не простила себе, если бы он умер тогда!

— Ты прекрасно знаешь, что я люблю тебя, — неожиданное признание, слетевшее с моих губ, заставило обоих перестать дышать. Такое я говорила впервые и это признание далось мне нелегко.

— Я люблю тебя в стократ сильнее, и чтобы ты там себе в голове не придумывала, знай, что это не пустой звук. — притягивая к своей теплой груди, проговорил он и поцеловал в волосы. — Так что ты там мне сказала? Я что-то плохо расслышал.

И гаденько так засмеялся, а я еще больше краснея и стыдясь собственных признаний, прошептала сдавленно:

— Ты слышал. Я люблю тебя.

— Повторяй это почаще и быть может я дам тебе погладить мою шерстку. — он аккуратно вытер слезинки с моего лица и еще сильнее обнял меня.

Несмотря на то, что мы встречаемся уже давно, за все это время он так ни разу и не показал свою белоснежную ипостась, чем сильно огорчал. Я просто спала и видела, как глажу его мягкую шерсть, касаясь щекой красивой мордочки, аккуратно трогаю шерстку на ушках.

— Нам пора возвращаться. Мне еще надо вещи уложить в сумку и выбрать пару учебников.

— Ты обещаешь по возвращению познакомиться с моими родителями? Для меня это очень важно. Понимаешь? — вот умеет он надавить на меня и все тут!

— Соглашусь с одним маленьким условием. — не поддавалась я. — Ты дашь мне потрогать свою шерстку прямо здесь и сейчас. Идет?

Алекс сначала злостно пыхтел, затем раздумывал над всеми 'за' и 'против', а затем махнул рукой и просто перекинулся в ту же секунду. Я подошла к нему и медленно протянула руку. Алекс вздрогнул и даже тихонько прорычал, но затем наклонил голову и подставил ушко. Я, затаив дыхание, легонько дотронулась сначала до шеи, затем прошлась кончиками пальцев по всей длине тела и буквально застыла в экстазе. Она была невесомой, как перышко и одновременно жесткой, сложно объяснить, но я могла поклясться, что ее не проткнуть и копьем. Поразительное ощущение! Теперь и умереть не страшно.

— Ты довольна? — прорычал Алекс. — Я неуютно чувствую себя перед тобой практически в голом виде.

— Ты должно быть шутишь! — искренне удивилась такому признанию. — Эта ипостась создана для разрывания плоти врагов, а ты чувствуешь себя неуютно? Ты прекрасен!

И это было чистой правдой, он не только красиво выглядел, но и внушал страх. Рыси отличные охотники и способны выслеживать своих жертв, не выдавая своего присутствия. А когти и вовсе могли вспороть не только живую плоть, но и разорвать кусок стали небольшой толщины. Страшно представить на что он способен в бою, а если учесть и то, что он стихийник и способен управлять всеми четырьмя стихиями, то он переходит в разряд первоклассных убийц.

— Знаешь о чем я подумала?

— О чем, милая. — уже в своей человеческой ипостаси.

— Мы с тобой никогда не сможем иметь детей. Мы разные виды.

— Если подумать, то мы с тобой еще и не пробовали.

— Не спеши, самое лучшее получают только терпеливые. — парировала я и первой вышла из беседки, пора было прощаться и возвращаться.

Пока мы поднимались по тропинке к входу в Академию, я размышляла над своими последними словами. Сначала призналась в первые в любви, потом задумалась о детях, наверняка смерть со мной сыграла злую шутку, и я стала сентиментальной. Надо прекратить свое превращение, пока я не стала совсем хлюпиком, а иначе как смогу работать на прежней работе, если буду сопереживать всем жертвам. Я сгорю на работе, как и многие до меня.