Читаем Академия искушений полностью

Оставить отца умирать на эшафоте, а маму – неизвестно сколько томиться в тюрьме? Этого она допустить не могла. Весь прошлый год она жила точно с пеленой перед глазами, понимая, что маму и папу поймали и заточили, но стараясь жить так, словно ничего не произошло. Как во сне.

И пробуждение не преминуло её настигнуть. 

Девушки двинулись вперёд. У Люки уже было ощущение чудовищной усталости, хотя она знала, что это лишь начало их пути. По сути, ничего толком они не сделали и ничего ещё не добились; в любой момент они могли развернуться и отправиться обратно в академию. И едва Люка представляла, сколько опасностей их ещё ждёт впереди, ей хотелось заскулить и уткнуться носом в чьё либо плечо. В плечо того, кто защитит её.

Но в данный момент времени никто не мог её защитить. Ни Мар, верный королю, ни родители, находящиеся в неприступной Ластирье. Наоборот, это ей, Люке, было кого защищать! И она не отступит в такой момент. Не предаст родных, не сбежит.

- Ты хоть знаешь, где находиться Ластирья? – напряженно спросила Люка у Зирайны, когда они миновали второй этаж.

- К сожалению, да, - негромко ответила принцесса, - это недалеко. Но нам там нечего делать без ключей.

- Это какие-то необычные ключи? – спросила Виндолен, - иначе я не понимаю, зачем они там. Разве самую неприступную крепость страны не охраняет что-то посильнее обычных решеток и закрытых дверей?

- Охраняет, - снова вздохнула Зирайна, - но в любом случае, без ключей мы даже камеры Люкиных родителей не отопрем. Не спешите! Это где-то здесь.

Все трое прижались друг к другу сильнее, потому, как услышали вдалеке шаги. Пульс Люки тут же зашкалил, ей мгновенно подурнело. К счастью, шаги неизвестного затихли вдали, и девушки одновременно выдохнули.

- Сюда, - шепотом позвала принцесса, проходя дальше по коридору.

Девушки вышли в небольшой зал, и там, наконец-то, Люка поняла, куда их вела Зирайна. Коридор оканчивался глухим эркером без окон, и прямо на его стенах находились сотни ключей. Они были разных размеров и выглядели совершенно непохожими друг на друга. На некоторых висели ярлыки, на других их не было. Люка застыла, тут же растерявшись.

- Как мы найдём нужные? – коротко спросила она у Зирайны, стараясь не паниковать.

- Найдём, - неопределённо ответила принцесса, - меня больше интересует, как обойти охранный контур.

- Я ничего не вижу, - прокомментировала Виндолен.

То что, на первый взгляд показалось Люке перепадом света, оказалось тем, что могло свести на нет все их усилия. Едва заметная преграда отделяла их от эркера, и Люка, отлично понимая природу волшебства, совсем не хотела рисковать и проверять на себе, как работает эта охранная пелена.

- Только не говори, что мы тут застряли, - Люка обратилась к принцессе без особого энтузиазма, - ты знаешь, что это? Видела когда-то похожее?

- Такая охранка стояла у моих покоев, - тихо произнесла принцесса, - и я так и не придумала, как её обойти. А знаешь, кто её ставил? Варий кусок-дерьма Плайтон.

- Я польщён, что ты оценила мою работу.

Люке хватило доли секунды, чтобы проверить: невидимость всё ещё держалась на них. Она мягко подхватила девчонок под локотки и отвела максимально близко к стене, хотя понимала, что это вряд ли уже их спасет.

Плайтон стоял в начале коридора, и выглядел ещё более мерзко, чем Люка его запомнила. Длинные рыжие волосы были распущены, спутаны и грязны. Лицо, обезображенное шрамом, перекосила злобная гримаса. По тому, как бегали его глаза из стороны в сторону, Люка поняла, что он их не видит, но всё равно знает, что они здесь, словно чувствует. Как в тот раз, когда он обернулся вслед ей, скрытой под чарами невидимости!

- Твой голос, Зирайна, ублажает мой слух, - Варий, улыбаясь, ступил шаг вперёд. Люка ни у кого больше не видела столь гнусной улыбки. Ей начинало казаться, что шрам даже украсил Плайтона, потому как его лицо само по себе было верхом уродства, - а ты, маленькая гордая принцесса, не только слух умеешь ублажать.

- Тебе показалось, - ответила ему Люка и сбросила с себя иллюзию невидимости, - я пришла одна, Плайтон. Мне нужны ключи, и ты прекрасно знаешь какие.

Он оказался рядом в мгновение ока, и Люка инстинктивно сотворила лучшую иллюзию в своей жизни: она скопировала сама себя и оставила эту призрачную Люку на месте; сама же невредимой отступила назад.

Плайтон схватился двумя руками за шею её фантома, и Люка напряглась, поддерживая иллюзию осязаемости и удерживая невидимость на стоящих рядом девочках и себе.

«Почему Виндолен не ранит его?» - промелькнула мысль, но тут же спуталась, исчезла, когда Плайтон отбросил Люкин морок и схватил за руку её настоящую.

- Ты искусна в иллюзиях, Юлёнен, но не совершенна! – удар Плайтона пришелся ей по голове. Люка упала, понимая, что теряет власть над собственным сознание. Последнее, что она успела заметить – как с девочек соскочила невидимость.

А дальше её поглотил мрак. 

Глава 19. Надежда королевства

Перейти на страницу:

Похожие книги

Забракованные
Забракованные

Цикл: Перворожденный-Забракованные — общий мирВ тексте есть: вынужденный брак, любовь и магия, несчастный бракВ высшем обществе браки совершаются по расчету. Юной Амелии повезло: отец был так великодушен, что предложил ей выбрать из двух подходящих по статусу кандидатов. И, когда выбор встал между обходительным, улыбчивым Эйданом Бриверивзом, прекрасным, словно ангел, сошедший с древних гравюр, и мрачным Рэймером Монтегрейном, к тому же грубо обошедшимся с ней при первой встрече, девушка колебалась недолго.Откуда Амелии было знать, что за ангельской внешностью скрывается чудовище, которое превратит ее жизнь в ад на долгие пятнадцать лет? Могла ли она подумать, что со смертью мучителя ничего не закончится?В высшем обществе браки совершаются по расчету не только в юности. Вдова с блестящей родословной представляет ценность и после тридцати, а приказы короля обсуждению не подлежат. Новый супруг Амелии — тот, кого она так сильно испугалась на своем первом балу. Ветеран войны, опальный лорд, подозреваемый в измене короне, — Рэймер Монтегрейн, ночной кошмар ее юности.

Татьяна Владимировна Солодкова

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы