Читаем Айен полностью

Молчаливый Андрик пожелал всем «Спокойной ночи» и затих (заснул), Жанин безуспешно пробовала добыть в этой локации лекарственные травы, водила светящимися руками в воздухе и разочаровано вздыхала.

Жорик долго возился на своём коврике и в итоге всё же приполз к бывшей девушке с необычным предложением:

— У тебя тут люстра есть?

Люстры у скромняги Виктора отродясь не бывало, поэтому с низкого потолка свисала худая лампочка Ильича.

— Сгодится. А трусы у тебя, случайно, не красные?

Жанин внимательно посмотрела в озорные глаза студента, но так и не разобралась, шутит он, али нет. На слабо, что ли берёт, жучина?

— Как сердцем чувствовала! — немного пошелестев платьем Жанин сунула свои трусики в руки ошалевшего Жорки.

Запах этой прекрасной девушки итак сводил его с ума, он снова вспомнил, как они расстались и почему, смутился. Из уголка рта предательски потекла слюна.

— У меня тттоже ккккрасные, — медленно и заикаясь прошептал парень, расстегивая штаны.

Андрик спал крепко.

Утром, увидев, что коврик Жорика постелен у входа в домишко Жанин, и прямо из дверей торчат четыре босых ноги, он вынул из палатки термос и налил в кружки «босяцкий кофе», да простят меня приличные люди, растворимый, что-то типа три-в-одном, обычное пакетированное говно.

«Надо же как-то их отрезвить. Иначе потом опять будут страдания».

Потом Андрик сел на коврик и взял Жанин за большой палец ноги, и держал так, пока она не пробудилась.

Молча выпила, поморщилась. Покосилась на полуголого студента.

— Проснись, Нео! Нам нужен твой гений!

Студент еле раскрыл глаза. Комары покусали его и в лицо, так что один глаз покрылся опухолью, но это совершенно не расстроило парня.

Он торжественно показал Андрику наверх. Там, на худой лампочке Ильича висели двое красных трусов, как доказательство волшебного совпадения.

— Это же оно! ОНО! Жанин не знала, что нужны будут именно красные. И под чёрное платье всё-таки надела их, да, надела! И я — тоже надел.

— У тебя все трусы красные наверняка! — смекнула девушка.

— Это не так, — серьёзно вставил Андрик, — у него трусы разных цветов.

Уж откуда эта инфа у него, мы проверять не станем, но факт остаётся фактом, а совпадения набирают обороты.

Жонглировать кружкой с горячей жижей Жорику не дали, поэтому он создал тетрадь, ручку и апельсин, и жонглировал ими до тех пор, пока апельсин не упал в только что опустошенную кружку Андрика, поместившись тютелька-в тютельку. Определив это, как знак смены деятельности, студент улегся рисовать.

— Мои симпатяги, — влюблённо комментировал он странные каракули, в которых Жанин с трудом опознала искомую пещеру, хотя если поглядеть сбоку, то скорее всего, это были всё же сортиры.

В Симороне есть такая фишка — рисовать не думая, чтобы самого себя привести к искомому.

— Я могу трусы забрать? — Жанин уже поднялась и отряхнула платье.

— Нет-нет, ни в коем случае нельзя! Это сигнал, это красная тряпка для быка! Нам нужна эта лампочка и трусы. Я понесу их, как флаг.

— Твою мать, — всплеснула руками Жанин, вырвала из потолка лампочку вместе с намотанными на неё труселями и вручила студенту.

— Давай. Стань светом в тёмном царстве.

Сборы заняли буквально несколько секунд. Одежда Жорика была выкинута из избы, изба уменьшена до размера брелка, как и остальные места ночлега. Зато с «флагом» Жорик возился долго. Нашёл палку, привязывал лампочку с трусами и находил всё время какие-то несовершенства в композиции, исправлял, короче — пациент психбольнички.

— Готово, — с чумной улыбкой сообщил он и двинулся вперёд, приставными шагами, радостно запевая «Вихри враждебные веют над нами».

На втором куплете, когда Жорик уже заставил и Жанин и могучего Андрика вышагивать с ним всеми способами походки комик-группы Монти Пайтон, троица вышла из леса, прямо к городской окраине. На пороге одного дома столпились злые дети.

— Что это за триллер? — зашептал потрясённый Андрик, подрагивая сведенной ступнёй.

Но ни у кого не было объяснения. Лица детей были искажены, они били ногами в дверь.

— Выходи, Лео! Если ты выжил в лесу и тебя не сожрали дикие звери, это не значит, что можно не делиться своей наградой с друзьями!

— «Мальчика спасти», — прошептал Жора и торжественно приблизился к дому со своей свитой.

Дети уставились на трусы, намотанные на палку с грустно повисшей лампочкой, а потом на Андрика.

— Мы пришли сюда, чтобы… — начала Жанин.

— Наградить вас, — продолжил Жорик, — вы хорошие ребята, и дядя Андрей вам выдаст сейчас новогодние подарки, а вы поклянётесь, что больше никогда не будете обижать Лео.

Андрик отвернулся и наколдовал мешок Деда Мороза, который помнил ещё со школы. Содержимое, естественно, тоже оказалось вполне стародавним. Но это и было круто! Странные резиновые игрушки, шоколадки «Алёнка», банка солёных огурцов(?), пупсики, цветные карандаши, альбомы для рисования. У Андрика практически всегда получалось воссоздать что-то из детства.

Дети больше не выглядели, как триллер. Дверь, в которую они ломились, приотворилась. На пороге в полутьме стоял щуплый подросток лет тринадцати.

— Малыш Лео, можно войти? — попросилась Жанин.