На мой взгляд, трехчасовое планирование трехминутной операции было недостаточным. Но, возможно, Чарли был прав. О чем я беспокоился? Мы тщательно обдумали свой план и все «а что, если» еще в гостинице.

Я снова подумал о Силки, пытаясь сконцентрироваться на чем-то хорошем. Минут через пять я понял, что это не срабатывает. Как бы я ни старался, я не мог преодолеть свое самое большое беспокойство: Чарли может забыть весь план, когда окажется у цели.

Я встал с лавочки и пошел вниз по склону, проходя мимо рядов молодых улыбающихся лиц похороненных с 1956-го. Они все были приблизительно того же возраста, что и Стив, когда он присоединился к ним.

Глава четвертая

Дождь закончился, и сквозь тучки пробилось даже несколько звезд.

Я прошел мимо оперного театра, следуя по тому же маршруту, что и в прошлый раз. Моей обязанностью было осмотреть дорогу от дома до отеля, Чарли делал то же самое с другой стороны «Приморского».

На улицах и тротуарах движение все еще было оживленным, даже сейчас, в половине двенадцатого. Практически все магазины еще работали, а МакДональдс и вовсе был переполнен. Я надеялся, что Тбилиси не был ночным городом, потому что это сделало бы нашу жизнь намного проще, но не тут то было.

Я вышел из отеля где-то около половины девятого, после того как попросил консьержа подсказать мне пару мест, где я мог бы поужинать. Это выглядело вполне естественно, так как отель был сильно переполнен и вообще напоминал Организацию Объединенных Наций. Конференция «Би-Пи Грузия» закончилась, и в ресторане и баре европейских языков было больше, чем рубашек поло.

Чарли должен был раздобыть для нас экипировку работников нефтепромышленности, чтобы переодеться для перелета. Мы обязательно промокнем и испачкаемся, пытаясь проникнуть в дом, поэтому перед тем, как покинуть страну, нам нужно будет немного прихорошиться. В своем синем свитере, широких брюках и куртке цвета хаки я был бы слишком заметным. В той же одежде я буду практически невидимым.

Я узнал, что американцы и британцы, работавшие на нефтепроводе и в посольствах, собирались обычно в книжном магазине «Просперо», бывшем одновременно и интернет-кафе. Владел им американец, может, поэтому там и собирались его соотечественники. А может, просто потому, что это было единственное место в округе, где стоял автономный генератор, и поэтому там никогда не выключалось электричество, в отличие от других подобных мест, так что клиенты могли не волноваться о том, что их отключат от сети.

Я зашел туда, взял себе булочку с джемом и горячий шоколад и сел за компьютер.

Первое, что я начал искать в Google, была дата рождения База. Я надеялся найти список грузинских политиков с персональными данными каждого.

Чтобы вычислить код сейфа и взломать его, необходимо понять психику человека. Удивительно, но очень часто код остается таким же, каким изначально был на заводе, — как правило 100, 50, 100. Я не слишком разбирался в стандартных настройках восточноевропейских сейфов, но Чарли уж знал в этом толк.

Если вы меняете код и выбираете новую комбинацию, то есть вероятность, что вы просто ее забудете; точно так, как с ПИН-кодами. Поэтому люди стараются использовать те числа, которые они знают, например дату их рождения, регистрационный номер машины или номер телефона. Если они выбирают случайные числа, то практически наверняка они их где-нибудь записывают. Адресная книга обычно лучшее место, с которого стоит начать поиск.

Все оказалось даже проще, чем я мог надеяться. У грузинского правительства был сайт с опубликованной персональной информацией. Базу было только 45 лет, он родился 22 октября 1959 года. Но жизнь его, вероятно, была непростой: на фотографии был изображен лысеющий мужчина с несколькими седеющими прядями; тощий как грабли.

Маленький значок над каждым компьютером вежливо напоминал пользователям, что они не должны удалять список с историей поиска. Возможно, магазин отдавал полиции распечатку с этими данными каждые двадцать четыре часа, а может, они проверяли их после каждого пользователя. Стараясь получше спрятать свой список, я стер все дочиста, а потом залез на несколько других сайтов.

Через два перекрестка от МакДональдса я свернул налево и пошел вперед по направлению к улице Барнова. Река была позади меня, немного левее телевышки мерцали красным светом. Цвета поблекли, когда с главной дороги я свернул в жилой район, где свет исходил лишь из окон и от проезжавших время от времени машин. Здесь уличное освещение было не просто скудным, как вокруг интересующего нас дома, а попросту вообще отсутствовало.

Сотовый завибрировал у меня в кармане, как раз когда мимо проезжал бело-голубой «пассат». Я достал его из кармана и нажал на зеленую кнопку.