Читаем Агник (СИ) полностью

— Мне надо подумать, — отозвался друг, после чего скрылся в темноте бескрайнего леса.

***

Когда Лили снова очутилась посреди зала с возвышающимися фигурами и огляделась по сторонам, у нее создалось впечатление, словно она никуда и не уходила и все случившееся ранее по ту сторону двери произошло лишь в ее голове.

«Как странно. Это дерево… Я уверена, что уже видела его, видела его там, в лесу летней скорби… летней скорби… скорби. Ливелья?»

— Я думаю, она и так знает, что наша нежданная гостья уже здесь, — эхом отозвался приближающийся мужской голос.

— Разумеется.

— Аквелья, объясни, что на тебя нашло? — прошептал Онгель. — Она не представляет для нас и для кого бы то ни было еще опасности. Да и потом, почему ты так не уверена по поводу Брула? Я верю словам Мавэла, а значит, его действительно с ней не было.

— Извини, я неправильно тебя расслышала или ты решил переметнуться на их сторону? — с упреком обратилась госпожа, остановившись. — Давай-ка ты лучше отведешь нашу гостью в западную часть, а я пока пойду и узнаю, как там дела у Мавэла. Хорошо?

— Лили, — басом позвал Онгель, обнаружив девушку подле дерева, — откуда оно здесь?

— А где Мавэл?

— Он скоро присоединится к нам, а пока мне велено отвести тебя в западную часть цитадели. Не возражаешь?

— А у меня есть выбор? — игриво отозвалась она, заметив перстень с красным изумрудом, надетый поверх шелковых перчаток.

«Значит, тот властный незнакомец и был им, был Онгелем! Вот это да».

***

Рассеянный тусклый свет, пробивающийся сквозь небольшое окно внутри темницы, бликами падал на перебинтованные лица вселяющих страх палачей. С отвращением глядя на узника, они молчаливо исполняли приказ, жаждая поскорее расправиться с обессилевшим юношей.

Прикованный цепями к каменной колонне Мавэл, тело которого истязали огненные плети, изо всех сил старался не подчиниться воле врага, пытаясь сопротивляться. Призрачный силуэт старика с каждым разом приказывал палачам бить все сильнее и сильнее, стараясь сломить сущность узника.

— Ну… он согласился? — с издевкой обратилась Аквелья, наперед зная ответ Галваеля. На что старик лишь отрицательно покачал головой. — Что ж, как говорится, раз не хочет по-хорошему, то будет по-плохому. О-о-о, да-а-а, я знаю, что заставит тебя подчиниться нам, Майк Винцел, я все о тебе знаю… Думаю, ты уже догадался, что речь пойдет о твоей старой знакомой, которую ты предал, доверившись не тому, не так ли? А, нет, извини, совсем забыла. О твоей бывшей подружке, если быть точнее. Чувства делают нас такими человечными, такими жалкими и слабыми. Сколько напрасных жертв было принесено во имя любви и сколько бездумных и трагичных подвигов.

— Ее больше нет, — прохрипел юноша, плюнув под ноги госпожи. — Делай со мной что хочешь, но тебе меня не сломить.

— Ошибаешься, — с триумфом прошипела она. — Тогда в лесу летней скорби ты видел только то, что должен был. Не подозревая даже о том, что Ливелье удалось спасти свое существование… Скажи, ты никогда не задумывался о том, кто есть на самом деле Лимья и Брул? Или как вы все привыкли его называть — Броук?.. Словно от этого он станет более человечным, — усмехнулась Аквелья. — И почему они до сих пор существуют?

— Я знаю, кто они такие.

— Наивный мальчишка! — прикрикнула женщина, нервно проведя рукой по волосам, чтобы успокоиться. — Мне жаль тебя расстраивать, но не знаешь. Только между нами, — издеваясь, продолжала она, — эти двое использовали ее ради того, чтобы совершить нечто ужасное — выпустить тьму из заточения.

— И ты думаешь, я поверю этой чуши? А как же Арвель?

— Она также была их марионеткой. Возвращаясь к этой парочке… я в какой-то степени даже понимаю их. Вечность наблюдать за миром, оставаясь нелюдимыми… это кого угодно может свести с ума.

— И что же ты предлагаешь?

— Уничтожить их! Навсегда!

— Я не пойду против Лимьи, никогда.

— Даже ради Ливельи? А если я тебе скажу, что знаю, где ее найти, что тогда? Разве ты не хочешь отомстить им за все те страдания, что они причинили вам и все еще продолжают причинять этому миру, уничтожая его?

— Но я…

— И кстати, о Лимье, я знаю, что у нее бьется сердце, а это значит, что из нее выйдет прекрасный сосуд, из которого мы день ото дня будем черпать силу и энергию, медленно иссушая и уничтожая ее сущность. Мы сможем излечить этот мир. Вновь заковать тьму в цепи.

— А что если я откажусь?

— Подумай хорошенько. Я не заставляю тебя сделать это собственноручно. Мне лишь нужно, чтобы ты нашел с ее помощью Брула и все. Или тебе по душе темная пустыня вечности?

— Уж лучше я сгину в вечности, чем стану помогать тебе, — огрызнулся юноша, сразу пожалев об этом.

— Значит, будет по-плохому, — враждебно оскалившись, прошипела госпожа. — И кстати, пока не забыла. Аквелья передает тебе привет…

— Аквелья?

— Бедняжка, она так мучается в бесконечных и сводящих с ума лабиринтах Лирда. Думаю, ты уже совсем скоро с ней встретишься.