Читаем Агент Омега-корпуса полностью

На облупившемся борту было невозможно разглядеть флага принадлежности. Чей это корабль, почему его постигла столь печальная участь?

Крис снова вытер взмокшее лицо и оглянулся по сторoнам, словно отыскивая виновников этой трагедии. Додарб постепенно начинал поворачиваться к ним своим истинным лицом…

Приземлившись и отстегнувшись от компактолета, Шанс обошел сбитую машину. С обратной стороны зияла большая пробоина, через которую можно было проникнуть внутрь. Она располагалась в метре от поверхности, и потому туда еще не успело намести песка.ч. Чувствуя холодок в груди, ариестрянин перелез через иззубренную, рваную обшивку борта. Витаскоп, в числе прочих приборов вмонтированный в обруч на лбу, по-прежнему показывал отсутствие органической жизни. Значит, внутри никого не было. Опасаться нечего, и все же…

Пробоина вела в темный корабельный коридор, уходивший глубоко вниз. Солнечные лучи не проникали сюда, в полумраке было трудно ориентироваться. Крис пристегнул к запястью схит, перевел его в режим фонаря.

Подсвечивая себе, начал спускаться, цепляясь за поручни на рифленых стенках. Из хвостовой части с искореженной двигательной установкой он двинулся к носовым отсекам.

Через несколько минут, весь покрытый градинами пота от напряжения, он опустился по наклонной шахте коридора до жилого сектора.

Первая каюта, куда он проник, была явно нежилая, пустые кровать и стол отсвечивали металлом. Под лучом фонаря сверкнули осколки разбитого стенного экрана, в глубоких нишах шкафа толстым слоем лежала мелкая песчаная пыль. Стараясь не поскользнуться на покатом полу, Крис осторожно подполз к шкафу. В глубине одной из секций одиноко лежала темная квадратная коробка.

Вытащив ее и отерев пыль, он узнал комплект пищевых брикетов для кормления домашних животных. Мысли ариестрянина против воли вернулись к Багдо, и он вспомнил, что одно время кормил мямара подобной пищей.

На противоположной стене был закреплен прямоугольный лист бумаги с неразборчивым рисунком. Лист был ветхий, а изображение абстрактным — ничего не разобрать. Крис сполз по полу ниже и копнул носком ботинка ворох мусора, скопившегося в углу у стены. На свет вылетели старая щетка для волос, обрывки бумажек, пустые пластиковые коробочки. Люди, жившие здесь, были явно неряхами. В следующий раз нога зацепила что-то потяжелее. Протянув руку, Крис вытащил блок с видеокартонами. Это уже было кое-что: с помощью этих записей наверняка удастся идентифицировать корабль и личности погибших.

Когда он начал карабкаться обратно к выходу, его взгляд случайно наткнулся на цветную голографию. Это было удивительно: несмотря на катастрофу, проектор работал. Тонкая, изящно сложенная сицианка тревожно всматривалась в объектив. Раскованная поза, голова чуть откинута назад, выше лба — желтая диадема. В глазах странная смесь надменности, трогательной обреченности и ожидания. Казалось, девушка предчувствует судьбу того, кого отправляет на этом корабле. Крис подполз к стене, открыл крышечку проектора и выковырнул скользкий кристаллик. Картинка с девушкой погасла. Сунув кристаллик в карман, он стал выбираться из каюты.

Еще немного спустившись по коридору, ариестрянин уперся ногами в песок. Коридор заканчивался резко и неожиданно, оборвавшись на середине. Осмотревшись, Крис понял — носовая часть корабля, видимо, была срезана в бою. Упав на Додарб, звездолет воткнулся в песок, как обломок гигантской трубы.

Крис увидел еще одну, последнюю каюту, люк которой был полузасыпан. Руками и ногами разгреб завал, освободив немного места, чтобы приоткрыть дверь. Люк поддавался с трудом, сопротивляясь человеку.

Из маленькой щели в нос ударил тяжелый смрадный дух, от которого перехватило дыхание. Пересиливая тошноту, Крис рванул дверцу на себя и просунул внутрь голову. Посветил, задерживая вдох.

Это была большая каюта, заполненная беспорядочно разбросанными квадратными металлическими контейнерами. Потом луч фонаря уперся в два маленьких тельца, замерших в щели меж контейнеров. Шкура зверьков уже превратилась в облезлое месиво с выпирающим костяком; блеснул оскал клыков и открытых остекленевших глаз.

Мямары!

Те, кто пытался достигнуть поверхности этой планеты, тоже везли с собой мямаров.

Второй день 09 ч. 30 м.

Хеликс Йоронг родился на Малом Острове — второй из двух обжитых планет Тарга. О родине у него остались сбивчивые воспоминания, которые так легко складываются в детстве и с таким трудом прочитываются зрелым сознанием.