Ночью эти твари совсем обнаглели и красные огоньки их глаз светились совсем близко. Теперь люди боялись даже зачерпнуть воды из реки. До утра на судах жгли факелы, стучали в котлы и барабаны. Купцы время от времени стреляли в темноту из ружей. Лишь к утру течение протолкнуло травяной завал и удалось выбраться из ловушки.

Все вздохнули с облегчением, когда суда добрались до Белого Нила. Теперь до Хартума, конечного пункта пути, оставалось плыть не больше недели. Течение великой реки само понесет их и больше не будет никаких забот.

С головной барки раздался тревожный крик. Ему ответил скорбный стон всего каравана — «они пришли!».

Поперек реки стоял на якоре пароходик с пушкой на носу, а над берегом поднятый на высоком шесте развевался трехцветный французский флаг.

25

— Откуда здесь появились французы? — удивился Дмитрий.

— В Джибути торговцы говорили, что французская военная экспедиция намерена пробраться на Нил с запада, — ответил Максуд-ага. — Только разговор этот был больше года назад. Все давно решили, что французы пропали в джунглях и болотах.

— Негус знает об этой экспедиции?

Но купец не ответил. Только как-то странно взглянул на Дмитрия и чуть заметно усмехнулся.

— На Нил пришли новые хозяева, сила на их стороне. Эх, хотел остановиться в Фашоде, поторговать на тамошнем базаре, расспросить о делах в Хартуме. Теперь придется терять время в этом захолустье. Эй, рулевой! Причаливай!

Местечко и верно выглядело неказисто. У стен развалившейся крепости, неизвестно кем и когда построенной, сгрудилось несколько глинобитных домов и соломенных хижин. Но зато собравшиеся на берегу жители представляли весьма живописную картину.

Только немногие из них красовались в длинных холщовых одеяниях, купленных у арабских и египетских торговцев. Все остальные обходились минимумом одежды, но при этом демонстрировали богатую фантазию и своеобразную элегантность. В глазах рябило от разноцветных перьев, пятнистых и полосатых накидок из звериных шкур, блестящих бус и причудливых металлических браслетов. Одни щеголяли пышными шевелюрами, утыканными гребнями и длинными булавками, другие сверкали гладко выбритыми головами, третьи имели сложные прически, сооруженные с помощью красной глины и воска. Среди собравшихся на берегу можно было увидеть людей с самыми различными оттенками темной кожи — от иссиня-черной и пепельно-серой до почти желтой, светло-коричневой, шоколадной, цвета старой бронзы. Многие натерли свои тела жиром, черной и красной краской нанесли на них причудливые узоры.

Вообще население этого африканского местечка проявляло заботу о своей внешности с неменьшим старанием, чем обитатели любой европейской столицы.

Все собравшиеся с любопытством смотрели на суда флотилии, что-то приветливо кричали, размахивали руками. Самые сообразительные уже тащили на берег клетки с курами и гроздья бананов.

Вдруг все крики смолкли и люди расступились. На берег вышел коротенький человек с малиновым лицом и грозно закрученными черными усами. Одет он был в узкий синий мундир с множеством нашивок и медных пуговиц. На голове кепи с золотым галуном, на груди огнем горят медали и какие-то значки. За ним следовало несколько смуглолицых солдат в весьма потертой форме, но с винтовками в руках. Матовый блеск вороненых стволов свидетельствовал о том, что уход за оружием они ведут согласно всем требованиям устава.

Чуть ниже по течению Дмитрий заметил и вторую канонерку. Она была вытащена на берег, и около нее возились солдаты с пилами и топорами в руках. Немного в стороне увидел и навес над штабелями ящиков. Наметанным глазом определил — в них патроны и консервы. Запас солидный. Значит, оказались на тыловой базе французского экспедиционного отряда, который вышел с побережья Атлантического океана и пересек Африку с запада на восток. Где же основные силы? Каков их состав?

Долго раздумывать над этим не пришлось.

— Кто такие? Куда направляетесь?! — этот краснолицый коротышка обладал весьма зычным басом. — Объявляю, что вы находитесь на территории протектората Центральная Французская Африка! Центр данной области город Фашода занят отрядом под командованием капитана Жана Батиста Маршана. Комендантом этого пункта являюсь я — сержант отдельной экспедиционной бригады Пьер Жюве. Приказываю — с каждого судна явиться старшему! Для просмотра представить документы на всех людей и грузы!

Один из смуглолицых солдат повторил приказ коменданта на таком ужасном арабском, что Максуд-aгa только плюнул с досады. Кивнул Хасану и Дмитрию:

— Следуйте за мной. Эти марокканские стрелки могут объясняться только с верблюдами на каирском базаре. С такими переводчиками попадем в беду — где не поймут, там и наврут.

Купец проворно сошел на берег и отвесил коменданту глубокий поклон. На довольно приличном французском произнес приветствие, а затем продолжил: