Читаем Африканец полностью

Вскоре мы отыскали себе новых товарищей для игр: скорпионов. Их, правда, было меньше, чем тараканов, но у нас всегда имелся необходимый запас. Отец, не переносивший нашей шумной возни, соорудил под крышей веранды, в наиболее удаленной стороне от его спальни, две трапеции из обрывков каната и старых рукояток от инструментов. Применение трапециям нами было найдено для необычного упражнения: зацепившись ногами за перекладину и свесив голову вниз, мы осторожно поднимали соломенный коврик, который отец положил, дабы смягчить возможное падение, и наблюдали, как скорпионы замирают в оборонительной позе, подняв вверх клешни и хвост с грушевидным полным яда члеником на конце. Скорпионы, которые обитали под ковриком, обычно были маленькими, черными и, скорее всего, безобидными. Но время от времени по утрам их сменял более крупный экземпляр белого цвета с желтоватым отливом, и чутье нам подсказывало, что эта разновидность могла быть ядовитой. Игра состояла в том, чтобы с высоты трапеции дразнить скорпионов травинкой или веточкой и смотреть, как они вертятся, словно под действием магнита, вокруг руки, которая на них нападала. Само наше «оружие» они никогда не пытались ужалить. Их злобные глазки прекрасно различали, предмет это или рука, которая его держит. Для придания игре большей остроты нужно было время от времени отпускать веточку и протягивать руку, а затем быстро отдергивать ее точно в тот момент, когда скорпион хлестал по ней хвостом.

Сейчас мне уже трудно отчетливо вспомнить, какие чувства владели нами тогда. Мне кажется, что в этом ритуале с трапецией было что-то почтительное по отношению к скорпионам, и почтение это, очевидно, подпитывалось страхом. Как и муравьи, скорпионы были настоящими хозяевами этих мест, а мы – только нежелательными, хотя и неизбежными жильцами, которым самое лучшее было бы убраться восвояси. Одним словом, поселенцами.

Именно вокруг скорпионов разыгралась однажды драматическая сцена, воспоминания о которой и сегодня вызывают у меня сердцебиение. Как-то отец (должно быть, в воскресенье утром, поскольку он был дома) обнаружил в шкафу скорпиона «белой» разновидности. Если точнее, это была самка, на спине которой разместилось ее потомство. Он без труда мог бы ее раздавить шлепанцем, однако не сделал этого. Взяв в аптечке пузырек с чистым спиртом, он обрызгал скорпиониху и чиркнул спичкой. По какой причине, не знаю, пламя сначала вспыхнуло вокруг самки, образуя круг голубого цвета, а она замерла в трагической позе, воздев клешни к небу; ее «перебинтованное» тельце перекинуло свой яд в желёзку на кончике хвоста, поместив его точно над детьми, что было нам прекрасно видно. Вторая струйка спирта – и скорпиониха мгновенно вспыхнула. Все длилось не больше нескольких секунд, тем не менее мне казалось, что я долго наблюдал за ее гибелью. Самка несколько раз повернулась вокруг своей оси, хвост ее слегка подрагивал. Детеныши были уже мертвы и, скорчившиеся, сыпались с ее спины. Затем она внезапно остановилась, сложила клешни на груди в смиренном жесте, и огонь сразу стих.

Фот. 6. Бансо