Читаем Афоризмы полностью

Афоризмы

Грубые заурядные умы выносят из чтения лишь бледное, незначительное удовольствие. Театр, напротив, изображает все, ничего не оставляя воображению: вот почему он вполне удовлетворяет большинство.

Демократия правит плохо, зато мало.

Добродетельные женщины стареют быстрее.

Если бы чудеса существовали, они перестали бы быть чудесами: чудо только потому чудо, что оно не происходит в действительности.

Женщина бывает искренней, когда не лжет без причины.

Женщина должна выбирать: с мужчиной, которого любят другие женщины, она никогда не будет спокойна; с мужчиной, которого не любят другие женщины, она никогда не будет счастлива.

Журналистика – религия современных обществ, и это прогресс. Пастыри не обязаны верить, паства тоже.

Закон, воплощая в себе величественную идею равноправия, запрещает спать под мостом и красть хлеб одинаково всем людям богатым так же, как и бедным.

Игра – это бог. У нее свои почитатели и святые, любящие ее ради нее самой, а не ради того, что она обещает, обожающие ее в то время, как она наносит им удар. Если она слишком жестоко грабит их, они приписывают вину не ей, а себе.

Я играл неудачно, говорят они.

Они каются, а не богохульствуют.

Истинная любовь живет желанием и питается обманом. Истинно любят только то, чего не знают.

Каждый из нас со своей точки зрения центр мироздания. Это всеобщая иллюзия. Ни один подметальщик улиц от нее не свободен. Она внушается ему его собственными глазами, взгляд которых, округляя небесный свод над его головой, помещает его самого как раз в самом центре неба и земли.

Лучше понять мало, чем понять плохо.

Мы называем скептиками тех, кому чужды наши иллюзии, не задаваясь даже вопросом, не имеют ли они каких-нибудь других.

Наука непогрешима, но ученые часто ошибаются.

Никому не давайте своих книг, иначе вы их уже не увидите. В моей библиотеке остались лишь те книги, которые я взял почитать у других.

Нужно многое прощать себе, чтобы научиться многое прощать другим.

Поэту, сенатору и сапожнику одинаково трудно признать, что не он конечная цель мироздания и смысл всего сущего.

Принимая в соображение красоту Аспазии, Лаисы и Клеопатры, церковь причислила их к демонам, дамам преисподней. Какое торжество! Святая и та не осталась бы к нему равнодушной.

Разумные доводы еще никого не убеждали.

Рано или поздно любопытство становится грехом; вот почему дьявол всегда на стороне ученых.

Реальность помогает нам с грехом пополам создавать кусочек идеала.

Ревность, являясь у мужчины слабостью, у женщины является силой и возбуждает ее предприимчивость. Она внушает женщине не столько ненависть, сколько смелость.

Робость – величайший грех против любви.

Случай: псевдоним Бога, когда он не хочет подписаться своим собственным именем.

Создать мир легче, чем понять его.

Средний человек, не знающий, что делать со своей жизнью, мечтает еще об одной, которая длилась бы вечно.

Ирония – последняя стадия разочарования.

Старики слишком упорно держатся за свои взгляды. Вот почему туземцы островов Фиджи убивают своих родителей, когда те стареют. Таким образом они облегчают ход эволюции, тогда как мы тормозим его, создавая академии.

Сыновья верят в добродетельность своих матерей. Дочери тоже, но меньше.

Только бедные платят наличными – не потому, что они добродетельнее, а потому, что им отказывают в кредите.

Только свободный гражданин имеет отечество; раб, крепостной, подданный деспота имеют лишь родину.

Удивительно не то, что звездное поле так велико, а то, что человек измерил его.

Умереть – значит совершить поступок, последствия которого не поддаются учету.

Ученые самый нелюбопытный народ на свете. Никогда не надо спрашивать ученого о тайнах мироздания, которые выставлены не в его витрине. Они его не интересуют.

Хорошенькая головка? Это все равно что судить о вине по бутылочной пробке.

Христианство много сделало для любви, объявив ее грехом.

Человеку свойственно мыслить разумно и поступать нелогично.

Эжен Фромантен

(1820—1876 гг.)

писатель, художник,

искусствовед

И если правда, что человек живет не столько ради того, чтобы прошуметь, сколько ради того, чтобы возродиться в других, если счастье состоит в равновесии меж притязаниями и способностями, то я иду со всей возможной твердостью по стезе мудрости, и вы можете засвидетельствовать, что видели счастливого человека.