Читаем Афоризмы полностью

Успешно размножаясь, человек угрожает природе, потому что он ограничивает ее способность создавать новые виды. Следовательно, она только приветствует уничтожение людьми друг друга. Отсюда полезность убийства.

Человек рождается в страданиях, вынужденный заботиться о себе самом, опираясь на все ресурсы, данные ему природой.


Чтение этих книг убедило меня, что законы нравственности являются относительными, обусловлены географическим положением и социальным устройством.


Это ново, потому что я представляю порок торжествующим, а добродетель – его жертвой, подверженной всем формам унижения и жестокости, но наделенной единственно чувствительной душой, чтобы противостоять этим опасностям.


Я, вполне естественно, заинтересован в том, чтобы существовало законное право для всех форм сексуального поведения, к которым я сам склонен и которые определяются природными импульсами.

Жан-Батист Салавиль

(1755—1832 гг.)

писатель и журналист

Набожность – это настоящая школа лицемерия.

Жорж Санд (Аврора Дюпен)

(1804—1876 гг.)

писательница

В жизни есть только одно счастье – любить и быть любимым.


Дороги, ведущие к искусству, полны терний, но на них удается срывать и прекрасные цветы.


Душа, никогда не страдавшая, не может постичь счастья!


Завистливым душам свойственно ненавидеть людей за то, что они якобы отнимают у них счастье.


Изменить свою сущность нельзя, можно лишь направить ко благу различные особенности характера, даже недостатки, – в этом и заключается великая тайна и великая задача воспитания.


Истина живет только в открытой душе, и авторитет – только в чистых устах.


Истинное слишком просто; идти к нему надо всегда через сложное.


Каждый испытывает потребность быть любимым, это поднимает его в собственных глазах; но людей нужно любить по-разному: одного с бесконечной снисходительностью, другого – с неослабной строгостью.


Книга всегда была для меня советницей, утешительницей, красноречивой и спокойной, и я не хотела исчерпать ее благ, храня их для наиболее важных случаев.


Кто сознает свою невиновность, тот неохотно унижается до оправданий.


Любовь без благоговения и восторга – это только дружба.


Мудр тот, кто идет за веком вместе с обществом; а кто стремится вернуться назад… тот безумец.

Мужчина, который умно говорит о любви, не очень влюблен.


Мы не можем вырвать из нашей жизни ни одной страницы, но можем бросить в огонь всю книгу.


Наша жизнь состоит из любви, и не любить – значит не жить.


Неразделенная любовь так же отличается от любви взаимной, как заблуждение от истины.


Область музыки – душевные волнения. Цель музыки – возбуждать эти волнения, и сама она также вдохновляется ими.


Одинокий представляет собою только тень человека, а кто не любим, тот везде и среди всех одинок.


Простота – это то, что труднее всего на свете; это крайний предел опытности и последнее усилие гения.


Сдержанность в любви или дружбе была бы глупой причудой и к тому же актом себялюбия, убивающим всякое чувство сначала в нас самих, а затем и в любимом человеке.


Смерть столь отвратительна, что ни один из нас не в состоянии смотреть на ее приближение без ужаса.


Честность умирает, когда продается.


Можно объяснить другим, почему ты вышла за своего мужа, но нельзя убедить в этом себя.


Мы навлекаем на себя несчастья, которым уделяем слишком много внимания.


Нелюбимый всегда одинок в толпе.


Жизнь чаще похожа на роман, чем наши романы на жизнь.

Софья Сегюр

(1799—1874 гг.)

писательница

Гнев – оружие бессилия.


Клевета – орудие зависти.


Мужчины говорят о женщинах, что им вздумается, а женщины делают с мужчинами, что им вздумается.


Переносить несчастье не так трудно, как переносить чрезмерное благополучие: первое укрепляет вас, а второе расслабляет.


Прошедшее для эгоиста – пустота, настоящее – пустыня, будущее – ничтожество.

Этьен-Пивер де Сенанкур

(1770—1846 гг.)

писатель-моралист

В нескромной свободе брака угасает любовь.


Время летит быстрее, чем ближе мы подходим к старости.


Лицемерие в любви – одно из общественных бедствий.


Нет иной морали, кроме морали человеческого сердца, как нет иного знания или иной мудрости, кроме знания своих потребностей и правильного представления о путях к счастью.

Анри-Клод де Рувруа Сен-Симон

(1760—1825 гг.)

мыслитель

Взгляните на историю прогресса человеческого разума и вы увидите, что почти всеми образцовыми произведениями его мы обязаны людям, стоявшим особняком и нередко подвергавшимся преследованиям.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих кумиров XX века
100 великих кумиров XX века

Во все времена и у всех народов были свои кумиры, которых обожали тысячи, а порой и миллионы людей. Перед ними преклонялись, стремились быть похожими на них, изучали биографии и жадно ловили все слухи и известия о знаменитостях.Научно-техническая революция XX века серьёзно повлияла на формирование вкусов и предпочтений широкой публики. С увеличением тиражей газет и журналов, появлением кино, радио, телевидения, Интернета любая информация стала доходить до людей гораздо быстрее и в большем объёме; выросли и возможности манипулирования общественным сознанием.Книга о ста великих кумирах XX века — это не только и не столько сборник занимательных биографических новелл. Это прежде всего рассказы о том, как были «сотворены» кумиры новейшего времени, почему их жизнь привлекала пристальное внимание современников. Подбор персоналий для данной книги отражает любопытную тенденцию: кумирами народов всё чаще становятся не монархи, политики и полководцы, а спортсмены, путешественники, люди искусства и шоу-бизнеса, известные модельеры, иногда писатели и учёные.

Игорь Анатольевич Мусский

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии
100 великих оригиналов и чудаков
100 великих оригиналов и чудаков

Кто такие чудаки и оригиналы? Странные, самобытные, не похожие на других люди. Говорят, они украшают нашу жизнь, открывают новые горизонты. Как, например, библиотекарь Румянцевского музея Николай Фёдоров с его принципом «Жить нужно не для себя (эгоизм), не для других (альтруизм), а со всеми и для всех» и несбыточным идеалом воскрешения всех былых поколений… А знаменитый доктор Фёдор Гааз, лечивший тысячи москвичей бесплатно, делился с ними своими деньгами. Поистине чудны, а не чудны их дела и поступки!»В очередной книге серии «100 великих» главное внимание уделено неординарным личностям, часто нелепым и смешным, но не глупым и не пошлым. Она будет интересна каждому, кто ценит необычных людей и нестандартное мышление.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии