Читаем Афганские истории полностью

Члены экипажа собрались в относительной тени под крылом самолета на экстренный совет. Борттехник, грустно посматривая, как мельтешит бесконечная цепочка провожающих, с многочисленными «презентами» в руках, выдвинул заманчивую, но весьма опасную идею.

— Командир! Выпускаем закрылки на «максимал» и в крыле открываются весьма приличные полые ниши! Туго скручиваем ковры, дубленки и прочее в компактные «колбаски» и пихаем в эти полости. Убираем закрылки! У нас в активе четыре движка, полоса здесь длинная, больше двух километров. С Божьей помощью взлетим и через горы перепрыгнем. Если не получится, свалим все на перегруз от «подарков» наших дорогих пассажиров. Кстати, с такими непомерными аппетитами, им надо было на транспортном Ил-76 лететь, там до 40-ка тонн подарков влезет. А на посадку пойдем не выпуская закрылков… Если проскочит, то и таможня нос не подточит. А дома и стены помогают, с АОшниками договоримся, они пленку СОК (средства объективного контроля, фиксирующие действия экипажа и работу техники) благополучно загубят! Кто потом углы закрылков проверит? Ну, как?!

Командир крепко задумался. Взлететь машина, наверное, взлетит. ВПП действительно приличная и длинная. Через горы перемахнем. В крайнем случае, над аэродромом немного покружим пока скорость и подъемную силу наберем. Не проблема, топлива предостаточно! А вот идти на посадку без выпущенных закрылков — это значит с непогашенной скоростью! Можно, конечно, тангажом чуть-чуть поиграться — позадирать нос мягонько, тягу двигателей придушить, шасси заранее выпустить, чтобы аэродинамику самолета нарушить и скорость понизить! Можно попробовать! Главное — ниже глиссады захода на посадку не провалиться. И чтобы ребята из группы СОК вошли в положение и при расшифровке параметров взлета и посадки не офигели от кошмарного значения перегрузки и завышенной скорости, а так же от воздушной эквилибристики с элементами акробатики… Мде… договоримся, чай не звери… лишь бы полный рот земли не набрать.

— Годится! Рискнем! А как взлетим без закрылков?! Полосы все равно может не хватить…

— А мы их чуть-чуть выдвинем — чисто символически и тягу движкам поддадим — на взлетном режиме подержим чуть дольше! Ну, разбежимся чуть дальше. Подумаешь, в конце полосы взлетим. Зато с подарками!

— Логично! Аргумент!

Сказано-сделано. Выпустили закрылки. Скрутили ковры, дубленки, джинсы и прочее тряпье. Утрамбовали контрабанду в полости крыла. Убрали закрылки. Красота! Ничего не торчит, ничего не заметно! Все, как и было! Комар носа не подточит.

Вылет! Откровенно перегруженный самолет тяжело разбегался по полосе аэродрома Баграм непростительно долго. Четыре движка надрывно ревели, но разряженный горный воздух отказывался поднимать Ил-18 на крыло. Наконец, на самом конце полосы кое-как оторвались и, кружа над аэродромом, нехотя набрали необходимую высоту и скорость для прыжка через горы. Уф!

— Тяжело пошел, неохотно! Немало московская комиссия нахапала …для себя и для тех, кто сам не рискнул приехать… Летите, голуби, летите!

Прокомментировали натужный взлет Ил-18-го провожающие лица из числа «проверяемых», дружно махая платочками вслед улетающему лайнеру.

Ил-18 долетел без приключений, ребята запросили посадку, и пошли по коробочке, ожидая разрешения. В районе ВПП аэродрома, затаившись в кустах аки партизан, сидел наземный техник самолета, который четко знал время прилета своего родного борта.

Естественно, он должен был встречать самолет на бетонке и помогать при заруливании на стоянку. Но, по предварительной договоренности с экипажем, а также согласно 6-го пункта Плана, на него возлагалась мегаответственная задача — перехватить севший самолет в процессе руления по бетонке и провести операцию аналогично произведенной погрузке. То есть, так же быстро и качественно разгрузить весь товар, минуя таможню. Крепко сжимая вспотевшей от волнения рукой, ключ от грузового отсека Ил-18, наземный техник терпеливо ждал своего «выхода на сцену». Неподалеку стояла верная и вместительная «ВАЗ-2102». (Аэродром, безусловно, охраняется и все такое, но в основном ночью, так что умеючи на него можно проехать без особых проблем). Т. к. парень был не в курсе того, что План оперативно откорректирован в связи с неблагоприятным стечением обстоятельств и контрабанда упакована в другое место, поэтому, ответственный техник терпеливо сидел «тише воды и ниже» травы, находясь в полной готовности выполнить свою миссию.

Заходя на посадку, командир Ил-18 реально нервничал и сильно потел. Он любыми правдами и неправдами старался погасить посадочную скорость тяжелого самолета до более-менее приемлемого значения. Вроде получалось, но не так явно, как хотелось бы…

А теперь небольшое лирическое отступление — авиация тем хороша и предельно надежна, что все действия экипажа строго регламентированы и отработаны до полного автоматизма.