Читаем Афганец полностью

В не столь ещё далёкие времена распознаванием человеческих лиц занимались немногочисленные специалисты, работавшие в полутёмных кабинетах с нечёткими зернистыми фотографиями, которые они изучали дюйм за дюймом через допотопные лупы, чтобы ответить на два главных вопроса: кто этот мужчина (или женщина) и где мы видели его (её) раньше? Успех зачастую зависел от мастерства и опыта одиночки, развившего с годами то особое, шестое чувство, которое позволяет связать «парня» на фотографии с гостем приёма во вьетнамском посольстве в Дели пять лет назад и сделать на основании этого кажущийся нелогичным вывод, что он работает на КГБ.

Потом появился компьютер, а вслед за ним программы, сводящие любое человеческое лицо к 600 измерительным показателям, которые можно не только снять, но и сохранить. В число этих показателей входят точное (до микрона) расстояние между зрачками глаз, ширина носа в семи пунктах, двадцать две характеристики губ, а что касается ушей…

Ах, эти уши! Специалисты по идентификации обожают уши. Они такие разные, такие непохожие, такие индивидуальные. Уши — то же, что и отпечатки пальцев. Даже у одного человека они не бывают одинаковыми. Пластические хирурги обычно игнорируют их, но дайте квалифицированному физиономисту пару ушей в хорошем разрешении, и он обязательно найдёт для них голову.

Единая компьютерная база данных секретных служб содержит десятки тысяч лиц. В ней есть фотографии уголовных преступников без каких-либо политических убеждений, потому что они могут работать на террористов за деньги. В ней есть иммигранты, как легальные, так и нелегальные, причём не только мусульмане. В ней есть сделанные скрытыми камерами групповые снимки демонстрантов и пикетчиков. Мало того, база не ограничивается Соединённым Королевством. Всего в ней более трех миллионов человеческих лиц.

Компьютер проанализировал лицо араба, разговаривающего с хозяином «Раши», выбрал из десятков снимков тот, на котором молодой человек поднял голову, чтобы посмотреть на взлетающий с аэродрома Абу-Даби реактивный самолёт, провёл все 600 измерений и начал сравнение. При этом программа предусматривала даже изменение волосяного покрова лица.

Как ни быстро работал компьютер, ему понадобился целый час, чтобы найти совпадение.

Лицо на фотографии в базе данных почти затерялось в толпе собравшихся у одной из лондонских мечетей после 11 сентября. Участники митинга бурно и восторженно реагировали едва ли не на каждое слово оратора. Спецслужбы знали оратора как Абу Катаба, фанатичного сторонника «Аль-Каиды», а обращался он в тот сентябрьский 2001 года вечер к членам экстремистской группировки «Аль-Мухаджирун».

С результатами изысканий и фотографией студента-исламиста стажёр отправился к своему начальнику. Оттуда информация пошла ещё выше, к устрашающего вида даме, главе МИ-5 Элизе Мэннингем-Буллер. Она приказала взять подозреваемого под наблюдение. Никто тогда ещё не знал, что стажёр вышел на главу британской ветви «Аль-Каиды».

Прошло ещё какое-то время, и компьютер нашёл второе совпадение — подозреваемый присутствовал на академической церемонии по случаю присуждения ему докторской степени. Вот тогда и выяснилось, что зовут его Али Азиз Аль-Хаттаб, что он имеет английское гражданство и преподаёт в бирмингемском университете Астона.

Из того, чем располагали спецслужбы, следовало, что доктор Хаттаб либо глубоко законспирированный и в высшей степени удачливый агент, либо глупец, захваченный в студенческие годы волной экстремизма. Если арестовывать каждого из второй категории, задержанных в стране стало бы больше, чем полицейских.

Скорее всего, такой человек, как доктор Хаттаб, сделал соответствующие выводы и после бурного собрания у мечети обходит своих фанатичных собратьев по вере за милю. Но полностью изживший увлечения юности преподаватель вряд ли станет разговаривать с капитаном «Раши» в порту Абу-Даби. А раз так, то до получения доказательств обратного доктора Али Азиза Аль-Хаттаба следует считать законспирированным агентом «Аль-Каиды».

Проведённое осторожно расследование показало, что объект возвратился в Британию и продолжает работать в своей лаборатории в Астоне. Что делать дальше? Арестовать или взять под наблюдение? И если арестовать, то на чём строить обвинение? На одной-единственной фотографии, которую к тому же нельзя предъявить? После недолгих споров решение было принято: ограничиться наблюдением.

Жалели о потраченных средствах недолго — уже через неделю доктор Хаттаб купил билет на рейс «Бритиш эйруэйз» в ОАЭ. Вот тогда к делу привлекли СБНН.