Читаем Афганец полностью

Больше на них, чем на нас, думал Марек Гуминни, просматривая досье. Из четырех пунктов возражений Бена Джолли два, таким образом, отпадали: внешность и язык. При соответствующей интенсивной подготовке Майк Мартин мог, наверное, освоить и необходимые религиозные ритуалы.

Церэушник перевернул страницу. В начале семидесятых, точнее, в 1972-м, вице-президент Саддам Хусейн начал национализировать иностранные нефтяные компании, в числе которых оказались и англо-иракские. Найджел Мартин продержался ещё три года, но в 1975-м всё же перевёз семью домой, в Англию. Майк, которому к тому времени исполнилось тринадцать, продолжил обучение в Хейлибери.

Марек Гуминни понял, что пора сделать паузу и выпить кофе.

— Знаешь, на мой взгляд, этот парень может справиться, — сказал он, возвращаясь в комнату. — При соответствующей подготовке и оперативной поддержке. Где он сейчас?

— Вся его военная карьера прошла в десанте и частях специального назначения. Дважды привлекался к нашим операциям. Отслужил двадцать пять лет и в прошлом году вышел в отставку. И, на мой взгляд, у него ничего не получится.

— Почему, Стив? У него есть все данные.

— За исключением биографии. Родители, семья, место рождения. Человек со стороны, если он не зелёный юнец, не может прийти к боссам «Аль-Каиды» и попросить включить его в состав группы самоубийц. Им не нужны мальчики на побегушках — своих хватает. Любой, кто желает завоевать доверие и право участвовать в важнейшем проекте, должен иметь за спиной годы службы и надёжных поручителей. Иначе ничего не выйдет. Если только…

Стив Хилл замолчал, обдумывая что-то, потом покачал головой.

— Если только что? — не выдержал американец.

— Нет, ничего. Так, одна идейка, но…

— И всё же? Сделай одолжение.

— Я подумал о двойнике. О человеке, чьё место он мог бы занять. Но здесь есть свои слабые места. Если реальный объект ещё жив, он может находиться в рядах «Аль-Каиды». Если же он мёртв, им этот факт тоже может быть известен. Так что куда ни кинь, везде клин.

— Солидное досье, — сказал Марек Гуминни. — Я могу взять его с собой?

— Только копию. И… ты ведь не собираешься никому его показывать?

— Только для личного пользования, старина. Обещаю, досье увижу только я. Или мусоросжигатель.

Через несколько часов американец улетел в Лэнгли, но по прошествии недели позвонил снова. Звонок застал Стива Хилла за рабочим столом в кабинете на Воксхолл-Кросс.

— Похоже, мне придётся навестить тебя ещё раз, — объявил американец.

К тому времени оба офицера знали, что британский премьер уже пообещал своему коллеге в Белом доме полное сотрудничество и всю возможную помощь в противодействии проекту «Скат».

— Без проблем, Марек. Что-то новенькое?

Откровенно говоря, Стива Хилла заявление старого приятеля удивило и заинтриговало. При современном уровне развития технологии передать что-либо из США в Великобританию не составляло труда. С полной гарантией безопасности. Зачем же лететь самому?

— Двойник, — объяснил Гуминни. — Думаю, он у нас есть. На десяток лет моложе, но выглядит старше. Рост и сложение те же. Такое же смуглое лицо. Ветеран «Аль-Каиды».

— Звучит обещающе. Но как получилось, что он не с плохими парнями?

— Он не с ними, потому мы его взяли. Сейчас он в Гуантанамо. Провёл там пять лет.

— Араб? — удивился Стив. Он считал, что знает всех сколь-либо известных террористов-арабов, попавших в Гитмо за последние годы.

— Нет, афганец. Зовут Измат Хан. Я уже в пути.

Терри Мартину снова не спалось. Случайно обронённая им реплика не давала покоя. Какая глупость! Ну почему он не может держать рот на замке? Откуда это мальчишеское желание похвастать братом? А если Бен Джолли проговорился? В конце концов Вашингтон всего лишь одна большая деревня.

После разговора в лимузине прошло семь дней, когда Терри не выдержал и набрал номер брата.

Майк Мартин как раз снимал последние целые плиты со своей драгоценной крыши, планируя приступить наконец к укладке рубероида. Ещё неделя, и у него будет надёжная, водонепроницаемая крыша. В кармане висевшей на гвозде куртки запищал, наигрывая «Болеро», сотовый. Майк протянул руку и слегка подвинулся к краю крыши. На дисплее высветился вашингтонский номер брата.

— Привет, Терри.

— Да, Майк, это я. — Для него всё ещё оставалось загадкой, как те, кому он звонит, с ходу определяют, что это именно он. — Послушай, похоже, я сморозил очередную глупость и прошу прощения. Это случилось неделю назад. Я сболтнул лишнее.

— Отлично. Что ты сказал?

— Неважно. Послушай, если тебя вдруг навестят люди в костюмах — ты понимаешь, кого я имею в виду, — пошли их ко всем чертям. Скажи, что я сболтнул, не подумав. Если кто-то вдруг появится и…

Майк Мартин повернул голову — по раскисшей после дождя дороге медленно полз тёмно-серый «Ягуар».

— Все в порядке, братишка. Не волнуйся, — мягко проговорил он. — Думаю, они уже здесь.

Гости сидели на складных стульях, Майк Мартин пристроился на чурбане, который собирался пустить вечером на дрова. Выслушав американца, он вопросительно посмотрел на Стива Хилла.