когда вы чувствуете, что ловушка захлопывается, вы пытаетесь сообразить, как выскользнуть из нее. Есть отчаянные способы, например бросить Школу и скрыться. Другой способ – открыто признать факт дефолта и покончить с этим. Итак, я признаю себя неплатежеспособным. Как, уверен, Вам известно, в прошлом году так поступило более миллиона студентов. Против них были возбуждены дела, но ни одного из них не казнили. Так что Вы можете подать на меня в суд, но убить меня Вы не способны, так? Вы можете разрушить мою репутацию до конца жизни, но вот что будет: связавшись с Вами, с Вашей компанией и с юридической школой, я поставил на себе крест. Навсегда. Остаток жизни я проведу, не обремененный долгами.

Тилди Карвер из «ЛоунЭйд» прислала Золе имейл следующего содержания:

Всего через два месяца Вы будете праздновать окончание Школы. Вы это заслужили! Трудолюбие и упорство позволили Вам дойти до этого момента, и Вы достойны всяческих похвал. Поздравляю! Не сомневаюсь, что Ваша семья Вами гордится. Каковы Ваши новости с фронта поиска работы? Нам необходимо поговорить и начать вчерне составлять план возмещения ссуды.

Я всегда к Вашим услугам.

Искренне Ваша,

Выждав два дня, Зола ответила:

боюсь, мне нечего Вам сообщить. Я не могу найти работу. Буду ходить на собеседования до окончания учебы и после. Если мое невезение продолжится, возможно, я найду работу в какой-нибудь бухгалтерской фирме. В этом случае я немедленно поставлю Вас в известность.

С наилучшими пожеланиями,

Глава 26

Фирма Джеффри Корбетта занимала два верхних этажа красивого стеклянного здания неподалеку от Томас-сёркл. В роскошном вестибюле Марка и Тодда встретил швейцар в униформе и проводил к «лифту мистера Корбетта», обслуживавшему исключительно седьмой и восьмой этажи. Выйдя из него, они оказались в сногсшибательной приемной, обставленной в стиле минимализма и украшенной предметами современного искусства. Миловидная молодая женщина за руку поздоровалась с ними и предложила кофе. Друзья проводили ее восхищенными взглядами. Когда она вернулась с кофе в тонких фарфоровых чашках, они последовали за ней в зал для переговоров, из окон которого открывался чудесный вид на центральную часть города. Там она их оставила, и Марк с Тоддом снова посмотрели ей вслед.

Стол был длинным, широким, обтянутым кожей цвета бургунди. Вокруг него стояли шестнадцать изящных стульев, тоже обтянутых кожей. На стенах, как и в приемной, красовались картины современных художников. Место вызывало соблазнительное ощущение успеха и богатства.

– Вот как выглядит настоящая юридическая практика, – мечтательно сказал Тодд, восхищаясь декором помещения.

– Нам это не грозит, – осадил его Марк.

У мистера Корбетта был свой стиль ведения дел. В три часа Марк и Тодд должны были встретиться с его сотрудником по имени Питер и младшей помощницей по имени Аурелия. Около часа они потратят на изучение кипы медицинских документов Рамона и заключения доктора Кунса. Пока документы находились в портфеле у Марка. Он предлагал заранее переслать их для ознакомления, но это противоречило правилам фирмы.

Если предварительная встреча пройдет благоприятно, мистер Корбетт найдет маленький просвет в своем плотном графике, чтобы подписать договор.