Харолд В. Смит ушам своим не верил. Его проверяло Федеральное налоговое управление. Невероятно! Имея постоянный доступ к компьютерной базе данных ФНУ, он прекрасно знал методику, с помощью которой определялись кандидаты на аудиторскую проверку Потому ежегодно аккуратно составлял отчет о доходах, занижая или опуская цифры законных налоговых удержаний – словом, делал все, чтобы не привлекать внимания ревизоров из управления.

Впрочем, он предусмотрел и случайности. Его компьютеры были запрограммированы на то, чтобы отслеживать состояние основного файла (главной картотеки) ФНУ в Мартинсберге, штат Виргиния. И если бы вдруг возникла угроза аудиторской проверки в клинике «Фолкрофт», он знал бы об этом заранее и мог бы отвести угрозу, внеся коррективы в компьютерные файлы ФНУ.

Знаменитая компьютерная система Харолда В. Смита снова подвела его. И вот теперь он вынужден безучастно сидеть за своим столом и выслушивать это ничтожество, агента Брайса Болларда, который гудел у него над ухом, точно назойливая муха. Смит удрученно смотрел на дубовую панель, понимая, что не может воспользоваться компьютером. Но даже если бы и мог – своей суперсистеме он больше не доверял.

– Во-первых, – начал Боллард, – я хотел бы видеть ваш компьютер.

Смит насторожился:

– Компьютер?

– Ну да. Ведь вы ведете отчетность?

– Да. В обычном гроссбухе.

На грушеобразном лице Болларда отразилось искреннее изумление:

– Доктор Смит, вы хотите сказать, что в таком крупном заведении, как клиника «Фолкрофт», нет компьютера?

– Откровенно говоря, никогда не видел в нем нужды, – ответил Смит с вызовом.

Глава 11

Если бы не трое детей и не то обстоятельство, что бывший муж, похоже, искренне полагал, что должен платить алименты только тогда, когда выигрывает в нелегальной лотерее, – если бы не все это, Джейн Котцвинкль ни за что не стала бы позориться, а именно таковой она считала свою работу в «Консолидейтед Эдисон», где ей приходилось облачаться в тесную спецовку и нахлобучивать на голову нелепую шлем-каску. Ночные смены еще куда ни шло, и обычно ей хватало, но иногда проходилось работать сверхурочно. Вот и теперь детям требовалась одежда. К тому же многие находились в отпусках – словом, Джейн была нужна Манхэттену.

Чего Джейн терпеть не могла, так это зевак, которые вечно пялились на нее, когда ей случалось копаться в какой-нибудь яме в самом центре Нью-Йорка. Ее стройная фигура в облегающем сине-зеленом комбинезоне неизменно притягивала и взгляды сослуживцев-мужчин, которые забывали обо всем на свете, когда она наклонялась, чтобы заглянуть в люк или взять инструменты.

Особенно досаждали представители «Найнекс»[12], по долгу службы надзиравшие за ходом земляных работ и заодно пожиравшие Джейн похотливыми взглядами.

Этот был похож на желторотого выпускника какого-нибудь дурацкого учебного заведения вроде Нью-Йоркского городского университета. Он подкатил на новенькой служебной машине и, увидев на Джейн шлем с эмблемой «Кон. Эд.», прямиком направился к ней:

– Где я могу найти Котцвинкля?

Безмозглый болван.

– Котцвинкль – это я.

– Вы?

Он даже не потрудился скрыть, насколько это его удивило.

Вот остолоп. Как будто ему невдомек, что на дворе 90-е годы.

Джейн решила вернуться к делу и самым строгим тоном – какой обычно использовала, загоняя своих, мальчишек в постели, – изрекла:

– Мы ведем работы во дворе этого здания. Идемте, я покажу.

– Меня зовут Ларри, – отозвался парень (в руке он держал свернутую в трубочку кальку не то с какими-то чертежами, не то со схемами). – Ларри Люгерман.

«Пентюх, мне-то что за дело, как тебя зовут», – про себя заметила Джейн. Они повернули за угол, и она подвела его к месту работ.

В Северном Манхэттене возвели несколько новых зданий. В тени одной из таких новостроек они и остановились. Было еще совсем рано, и ребята из ее бригады со скучающим видом пили кофе.

– Вы что, вскрываете трубопровод? – спросил Ларри. В голосе его звучали тревожные нотки.

– Наш клиент желает подключиться к газопроводу. Этим мы и собираемся заняться.

Они подошли ближе, и Джейн небрежным кивком головы, в котором угадывалось презрение, указала на будущую канаву.

– Газопровод проходит с севера на юг, – нарочито равнодушным тоном сообщила она. – Нас подрядили сделать отвод и подвести его к цоколю. Никаких инструкций мы не нарушаем.

Ларри развернул свою кальку так, чтобы Джейн не могла подглядеть. Можно подумать, план телефонных линий «Найнекс» – это государственная тайна, черт его побери!

– Посмотрим, посмотрим... – бубнил Ларри, переводя взгляд со своих бумажек на то место, по которому Джейн нетерпеливо постукивала башмаком.

– Вам нельзя заходить дальше чем на двадцать футов в любом направлении, – наконец изрек он.

– Спасибо, что предупредили, – произнесла Джейн, всем своим видом давая понять, что говорить больше не о чем. То же самое она уже слышала от инженера по технике безопасности из муниципалитета.

На лице Ларри Люгермана появилось сконфуженное выражение.

– Мне придется остаться.

– Прекрасно. Можете обращаться с отбойным молотком?

– Нет.

– Тогда зачем вы здесь нужны?