Читаем Адский огонь полностью

— А мне посоветовали заниматься собственными делами и не совать нос куда не следует. Да если б я послушалась ее совета, ее проклятый дом сгорел бы до основания. Мальчики с тех пор перестали играть друг с другом, и мне жаль, что это так. Но я не могу позволить Малколму бегать, где ему вздумается. А он мне сказал, что Тревор уже не в первый раз сбегает из школы, и я вам точно говорю: он был так напуган, что сказал правду.

— Он говорит, что Тревор уже не в первый раз пропускает занятия в школе?

— О черт! Не хочу я навлекать на этого мальчика еще больше неприятностей.

— Будет лучше для него и для всех, если мы узнаем всю правду, миссис Николс. Чем больше вы сможете мне рассказать, тем скорее мы все выясним.

— Ну что ж… Не знаю уж точно, как там на самом деле, но мой сын говорит, что Тревор иногда убегает с уроков, а на этот раз и его уговорил пойти с собой. Конечно, Малколма это не извиняет, и за свои дела он был наказан как положено. Последние три недели я его провожаю в школу каждое утро и встречаю каждый день после занятий. Уж не знаю хуже наказания для девятилетнего парня, чем когда мама провожает его в школу и встречает из школы. Он со стыда готов сквозь землю провалиться.

— Моя мама однажды проделала то же самое с моим братом. Ему было двенадцать. По-моему, он так до сих пор и не оправился от позора.

— Хотите знать мое мнение? Уж лучше бы родители делали, что положено, чем набиваться в лучшие друзья своим детям.

— А у соседей дела обстоят именно так?

— Учтите, это только сплетни, — ответила Шари. — Нет, сама-то я не прочь иногда посплетничать. Вот что я вам скажу: дисциплины я там не вижу. Но это мое личное мнение, и мой муж считает, что я слишком часто его высказываю. Тревор хороший мальчик, но он постепенно становится неуправляемым. Поймите меня правильно: может, я сейчас не в самых лучших отношениях с Эллой, но такого я никому не пожелаю. Мне кажется, это был какой-то кошмарный несчастный случай.

— Мы все проверим. Спасибо, что уделили мне время.

Рина, не откладывая на потом, сделала несколько срочных звонков, после чего вошла в дом, постояла в холле, впитывая атмосферу. Пожар сюда не добрался, но она ощущала запах гари. Произведенная при тушении «проливка» несколько повредила помещение. На полу, на ступеньках лестницы остались сажа и грязь.

Но она поняла, что имела в виду соседка. Если не обращать внимания на беспорядок, вызванный чрезвычайными обстоятельствами, все было безупречно. Пол, там, где его не затронула грязь, блестел, цветы в вазах были аранжированы, как на выставке, цвет штор и диванных подушек был тщательно подобран, и даже картины на стенах, казалось, были выбраны под цвет обстановки.

Наверху Рина обнаружила ту же картину. Больше всего пострадала хозяйская спальня. Краска пошла пузырями, потолок был закопчен, повсюду виднелись следы потопа.

Пламя опалило пуховое одеяло и шторы на окнах. Деревянные жалюзи обуглились.

Рина видела, каким путем пошел огонь. Спустился по ступеням с чердака, проел паркетный пол, изгрыз старинный ковер.

Пройдя дальше по коридору, она увидела два домашних кабинета. И здесь была антикварная мебель, расставленная в строгом порядке.

Спальня мальчика располагалась в другом конце коридора. Сразу было видно, что в этой просторной, полной воздуха комнате живет фанат английского футбола. Об этом говорили и плакаты в рамках на стенах, и черно-белая — в цвет футбольного мяча — отделка. Книжные полки уставлены аккуратными рядами книг. Ни разбросанных игрушек, ни раскиданной одежды.

Рина вытащила из сумки папку с делом и сверилась с информацией. Потом она вынула сотовый телефон и сделала звонок.

О’Доннелл уже с головой ушел в исследование слоев обломков, когда она осторожно поднялась по поврежденной лестнице.

— Наконец-то ты решила меня навестить.

— Мне надо было проверить кое-какую информацию. Пришлось сделать пару звонков. — Рина подняла голову и посмотрела на зияющую дыру в крыше. — Большей частью огонь ушел вверх. Им повезло. Разрушения на втором этаже не так уж велики. На первом этаже только копоть и вода.

— Пока я не нашел следов катализатора. Точка возгорания в юго-восточном углу. — О’Доннелл указал пальцем, и Рина начала фотографировать. — Фанера прогорела быстро, за ней слой изоляции — воспламенился мгновенно, — огонь пошел вверх и взял крышу.

Рина присела, начала разбирать обломки руками в перчатках и вытащила опаленный со всех сторон кусочек фотобумаги.

— Снимки. Целая пачка фотографий. Возможно, запал.

— Точно. Маленький костер из фотографий. Огонь идет вверх, вырывается наружу. Картонные коробки с елочными украшениями, пластиковые пакеты с одеждой — все занялось, отсюда и пошло вниз по ступеням. С ветерком через открытую дверь и открытое окно.

— «Пальчики» проверил? Дверная ручка, оконная рама?

— Тебя ждал.

— А я побеседовала с соседкой. Угадай, кто любит прогуливать школу?

О’Доннелл, сидевший на корточках, приподнял голову.

— Да ну?