Читаем Адриан ГОЛДСУОРТИ полностью

Узурпаторы не действовали в одиночку. Они нуждались в сторонниках, наиболее влиятельные из которых ожидали вознаграждения, включая продвижение по службе, и богатства, если восстание заканчивалось успехом. Если узурпатор терпел поражение, то многие из сделавших на него ставку, вероятно, должны были пострадать вместе с ним. Наказания часто распространялись и на членов их семей, особенно на исполнявших какую-либо должность, или чье богатство делало их привлекательной целью для доносчиков. Таким образом, даже те восстания, распространение которых бывало территориально ограничено, могли означать жизнь, смерть, заключение в темницу или разорение для людей в отдаленных провинциях, не вовлеченных в них непосредственно. Это был мир патроната, где могущественные люди прилагали усилия для обеспечения выгоды родственникам и друзьям. Такая паутина услуг и благодарностей во времена внутренних конфликтов могла оказаться очень опасной для всех.

Все узурпаторы для достижения успеха нуждались в военной поддержке. Императоры начиная с Августа старались сохранить верность своих солдат при помощи торжественной присяги и регулярных подарков (донативов). В целом армия обычно сохраняла лояльность к укрепившейся у власти династии, пока император не подрывал ее. Немногие узурпаторы могли рассчитывать на подобную лояльность. Потери в некоторых гражданских войнах бывали значительными, поскольку армия тратила свои силы, сражаясь сама с собой. Солдаты, сражаясь во внутренней борьбе, не могли одновременно с этим действовать на одной из границ. Армии часто уводились, и римское военное влияние за пределами собственных границ ослаблялось или расшатывалось до крайности. Следующие одна за другой гражданские войны разрушали административную и снабженческую структуру армии, систему ее обучения и набора, а также дисциплину, страдавшую всякий раз, когда давалось послабление с целью завоевать ее лояльность. Рядовые солдаты обычно рассчитывали на перемену лагеря, примкнув к победителям после неудачи восстания. Для более старших офицеров это оказывалось не так легко.

Каждая гражданская война дорого обходилась империи. Что-либо приобретенное победившей стороной неизбежно отнималось у других римлян, и затяжная кампания явно должна была произвести значительную разруху в провинциях, где происходила борьба. Почти столь же важным, как физическая цена гражданской войны, было ее влияние на отношения и поведение людей, начиная с императора, Личное выживание стало первой целью каждого императора и определяло все их решения и саму структуру империи. В поисках способа защитить самих себя следующие друг за другом императоры постепенно переформировывали саму империю и, по иронии судьбы, зачастую делали себя скорее более уязвимыми, чем менее.

Самым большим изменением была маргинализация класса сенаторов на протяжении III столетия, и наряду с этим города Рима как реальной, а не духовной столицы империи. Сенаторы, и в особенности горстка высокопоставленных людей и тех, кому доверили старшие провинциальные командования, были в течение долгого времени единственными возможными соперниками для императорской власти. Сперва большие военные провинции разделялись так, чтобы ни один человек не командовал слишком большой армией. К концу III века сенаторы фактически перестали носить любые военные звания. При этом они имели все, но не могли сделаться императорами.

Теперь императоры могли происходить из более широких слоев населения империи. Любые связи с императорским семейством — даже ложные заявления о том, что ты являешься незаконным сыном какого-либо императора — оказались достаточными для притязания на власть. В прошлом римские императоры, как правило, относились с подозрением только к небольшому числу сенаторов, к тем людям, которых они знали лично и которые провели многие годы в Риме или недалеко от него. Теперь соперником мог стать почти любой. Для этого не требовались политические связи или фамильная репутация, а достаточно было способности побудить какие-нибудь войска поддержать их. Многие императоры принадлежали к сословию всадников, и почти все являлись армейскими офицерами или имперскими чиновниками.