Читаем Адмирал Ушаков. Том 2, часть 1 полностью

Кадыр-беем в оном острове надлежащего порядка и узаконения

29-е число отправились мы с эскадрами к острову Корфу, а

пленных французов, взятых в острове Кефалонии, послали на

двух фрегатах в полуостров Морею, о чем вашему

императорскому величеству всеподданнейше и доношу.

Флаги французские, взятые с крепостей острова Кефалонии,

один при первой верной оказии буду иметь щастие

всеподданнейше представить вашему императорскому величеству, а другой

отдан мною командующему турецкою эскадрою Кадыр-бею для

представления его султанскому величеству.

По выходе моем с эскадрою из острова Кефалонии намерен

я подойтить к острову Св. Мавры для скорейшего освобождения

его от французов, а вы с вверенным вам кораблем «Св. Троица»

и двумя турецкими из лучших фрегатами извольте следовать

к острову Корфу для усиления эскадры нашей, под начальством

флота капитана 1 ранга и кавалера Селивачева состоящей;

старайтесь вместе с ним остров Корфу содержать в тесной блокаде,

десантов французских на оный остров отнюдь не допускать, суда

их брать в плен, а при случае множества, чего забрать

невозможно, бить и топить; наистрожайше подтверждаю объявить

командующему там отделенною от меня эскадрою флота

капитану Селивачеву иметь бдительное попечение, ни под каким

видом французов на остров Корфу к усилению там гарнизона не

допускать, можно поставить против крепости в удобном месте

против французских кораблей два корабля наши и два

турецкие фрегата, корабли наши могут надзирать за кораблями

французскими и два фрегата крейсировать будут вдоль острова

между оным и берегом, а все прочие военные суда наши и

турецкие могут крейсировать в нордвестовой стороне пред островом

Корфу при венецианском береге и между мыса Атренто к

Албании; имея в виду остров Корфу, нужно также осматривать и

западную сторону острова Корфу, дабы какими-либо обманами

ко оному не пристали; за всем сим, как лучше, что при оном

должно учредить и содержать остров в блокаде, все оное

полагаю я на благоразумие командующего эскадрою й спомоще-

ствующих ему господ командующих, старайтесь как наивозможно

лучшими средствами повеленное мною исполнить и ожидающий

в Корфу десант переловить и взять в плен. По выходе моем из

здешнего места для следования в поселенный путь учинен вам

будет особый сигнал, что и учинить; еще напоминаю за всем,

как лучше, содержать сей остров в блокаде и надзирание иметь

за караулами, тут стоящими, чтобы десант не предпринял бы

в ночную темноту крейсирующих впереди, не вышли бы

корабли от крепости ему на вспоможение и не атаковали бы вблизи

оного места случится могущих малое число судов, для таковых

более случаев и полагать наирачительную осмотрительность

начальников, тут состоящих и быть имеющих, чтобы, соображая

все таковые обстоятельства, г-н капитан Селивачев распорядил

бы все благорассмотрительно и осторожно.

Нижеподписавшиеся депутаты общества Парги представляем

вашему высокопревосходительству глубочайшее прискорбие

народа Парги, когда на сих днях дошла до сведения его

неожиданная и нечаянная весть, что устано-вленное в Константинополе

Блистательною Портою Оттоманскою уложение сообщено было

одним депутатам островов, прежде бывших венецианских, и оное,

не соединяя нас к сим островам, оставляет лишенных сего права.

Известно вашему высокопревосходительству состояние отечества

нашего Парги; мы неоднократно представляли вам дела наши,

со вре*меии даже как соединенный флот Российско-Оттоманский

направлял путь к сим местам для изгнания общего неприятеля

французов, тогда же не преминули мы сами собою изгнать из

крепости и уезда нашего сих неприятелей, употребив на то все

зависящие от нас способы. Твердо полагались мы на манифесты

всепресветлейших союзных государей, которыми доставление

свободы наравне с прочими островами было и нам обещано, ибо

мы пребывали всегда в соединении с сими островами, под

покровительством прежде бывшего венецианского правительства,

продолжавшимся более четырехсот лет, и в течение сего

времени пользовались мы особливою вольностью.

Когда соединенный флот прибыл в Занте, предпочтительно

пред другими явились мы у вашего высокопревосходительства,

нижайше прося покровительства и защиту у единоверного

нашего всемилостивейшего государя, каковое покровительство

искреннейше и усерднейше желали мы иметь счастье получать

со многих веков. Ваше высокопревосходительство тогда же

пожаловали нам письмо добрительное, по которому обещание ваше

на соединение Парги к островам учинено было, и так вместо

того, чтобы пользоваться теми же самыми преимуществами и

правлением, слышим мы ныне, что вовсе оставлены, для того,

предпочитая смерть порабощению, прибегаем мы к благоутроб-

ному покровительству вашего высокопревосходительства,

нижайше прося милость и защиту, по сие время вами нам

оказываемые; удостойте посылаемых от нас депутатов рекомендациею

вашею к высочайшему двору августейшего и

всемилостивейшего государя Всероссийскаго; -изъявите снисхождение ваше

депутату нашему, отправляющемуся для.донесения двору о

известных уже вам правах наших. Окажите нам пособие для излияния

на нас благодати и неизмеримого милосердия его

Перейти на страницу:

Все книги серии Русские флотоводцы. Материалы для истории русского флота

Адмирал Ушаков. Том 2, часть 1
Адмирал Ушаков. Том 2, часть 1

Настоящий сборник документов «Адмирал Ушаков» является вторым томом трехтомного издания документов о великом русском флотоводце. Во II том включены документы, относящиеся к деятельности Ф.Ф. Ушакова по освобождению Ионических островов — Цериго, Занте, Кефалония, о. св. Мавры и Корфу в период знаменитой Ионической кампании с января 1798 г. по июнь 1799 г. В сборник включены также документы, характеризующие деятельность Ф.Ф Ушакова по установлению республиканского правления на освобожденных островах. Документальный материал II тома систематизирован по следующим разделам: — 1. Деятельность Ф. Ф. Ушакова по приведению Черноморского флота в боевую готовность и крейсерство эскадры Ф. Ф. Ушакова в Черном море (январь 1798 г. — август 1798 г.). — 2. Начало военных действий объединенной русско-турецкой эскадры под командованием Ф. Ф. Ушакова по освобождению Ионических островов. Освобождение о. Цериго (август 1798 г. — октябрь 1798 г.). — 3.Военные действия эскадры Ф. Ф. Ушакова по освобождению островов Занте, Кефалония, св. Мавры и начало военных действий по освобождению о. Корфу (октябрь 1798 г. — конец ноября 1798 г.). — 4. Военные действия эскадры Ф. Ф. Ушакова по освобождению о. Корфу и деятельность Ф. Ф. Ушакова по организации республиканского правления на Ионических островах. Начало военных действий в Южной Италии (ноябрь 1798 г. — июнь 1799 г.).

авторов Коллектив

Биографии и Мемуары / Военная история
Адмирал Ушаков. Том 2, часть 2
Адмирал Ушаков. Том 2, часть 2

Настоящий сборник документов «Адмирал Ушаков» является вторым томом трехтомного издания документов о великом русском флотоводце. Во II том включены документы, относящиеся к деятельности Ф.Ф. Ушакова по освобождению Ионических островов — Цериго, Занте, Кефалония, о. св. Мавры и Корфу в период знаменитой Ионической кампании с января 1798 г. по июнь 1799 г. В сборник включены также документы, характеризующие деятельность Ф.Ф Ушакова по установлению республиканского правления на освобожденных островах. Документальный материал II тома систематизирован по следующим разделам: — 1. Деятельность Ф. Ф. Ушакова по приведению Черноморского флота в боевую готовность и крейсерство эскадры Ф. Ф. Ушакова в Черном море (январь 1798 г. — август 1798 г.). — 2. Начало военных действий объединенной русско-турецкой эскадры под командованием Ф. Ф. Ушакова по освобождению Ионических островов. Освобождение о. Цериго (август 1798 г. — октябрь 1798 г.). — 3.Военные действия эскадры Ф. Ф. Ушакова по освобождению островов Занте, Кефалония, св. Мавры и начало военных действий по освобождению о. Корфу (октябрь 1798 г. — конец ноября 1798 г.). — 4. Военные действия эскадры Ф. Ф. Ушакова по освобождению о. Корфу и деятельность Ф. Ф. Ушакова по организации республиканского правления на Ионических островах. Начало военных действий в Южной Италии (ноябрь 1798 г. — июнь 1799 г.).

авторов Коллектив

Биографии и Мемуары / Военная история

Похожие книги

100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное