Читаем Адмирал Ушаков. Том 2, часть 1 полностью

приказал наперед сбить батареи на берегу, французами устроенные,

за ними же послал на гребных судах со всей эскадры, со мною

следующей, десант, поруча его Скиперова баталиона майору

Иванову под главное начальство и распоряжение означенного

капитан-лейтенанта Шостака; с турецкой эскадры также послан

десант с лейтенантом российского флота Метаксою; а как

жителям острова предупредительно послано было от нас письмо

с приглашением их ко освобождению острова действовать с нами

вместе против французов, посему они ожидали нас, будучи уже

готовыми, и во множестве и с первейших жителей острова

Занте приехали на лодках к нам на встречу и с великим

желанием, усердием и ревностию приняли нас, яко избавителей их

бедствия; я дал им флаг вместо знамя и приказал нимало не

медля весь народ островских жителей вооружить и быть

готовыми к действию вместе с нашим десантом, что с великим

удовольствием рачительно ими исполнено; десант наш при

высадке в рассуждении неудобного места, когда гребные суда за

мелкостию и каменьями не могли близко пристать к берегу,

жители острова сбежались к тому месту во множестве, бросились

в воду и, не допустив солдат наших и турок переходить водою,

усильным образом и с великою ревностию неотступно желали

и переносили их на берег на руках. Между тем фрегаты

«Григорий Великия Армении» и «Счастливый* несколькими

выстрелами береговые батареи, французами устроенные, сбили,

побежденные в них французы бежали в крепость при городе Занте,

на вершине весьма высокой горы состоящую, в ней заперлись

и стреляли из пушек и из мортир по нашим фрегатам, а как

с судов по оной крепости в рассуждении ее высокости стрелять

неудобно, потому и приказал я сигналом оным фрегатам бой

прекратить и отдалиться, послал к капитан-лейтенанту Шостаку

повеление: тот же час собрать вооруженных жителей в одно

место и с ними вместе итти атаковать ее и взять штурмом

и отнюдь не допустить французам дать к приему оного

приготовиться. Все оие исполнено с наилучшим порядком и по-

спешностию, десант наш с жителями окружили крепость и в

следующую ночь штурмовать оную были готовы; французы, устра-

шась поспешных сильных приуготовлениев, не имея надежды

оборониться против оного, не ожидая на них нападения,

в 11-м часу ночи прислали к командующему десантами капитан-

лейтенанту Шостаку просить принять крепость от них на

договор, что им и исполнено. 14-ое число французы из крепости

вышли с военною почестию, положили ружье и отдались по

договору командующему десантом пленными, крепость от них

принята победителями, ключи от оной, флаг французский

представлены ко мне. Остров Занте от французов освобожден и по

установлении на нем правления до воспоследовавшей

высочайшей конфирмации отдан в свободное распоряжение жителям,

которые обоим командующим эскадрами с своей стороны дали

свои прошения и обязательства о выполнениях к тому

касательных. Французский гарнизон состоял разных чинов четыреста

сорок один человек, в том числе обер-офицеров сорок семь, из

них осьмнадцать с женами и детьми отпущены на честное слово

в их отечество в Анкону с обязательством, что они против

России, Блистательной Порты и союзников их воевать и

крепостей своих защищать противу оных не будут; прочие пленные

все препровождены в полуостров Морею, которые по договору

должны быть содержаны безо всякой обиды и притеснения,

добрым порядком. Для охранения города и крепости по

желанию и усильной просьбе жителей оставил я в острове Занте

начальником в крепости мичмана Васильева и с ним

солдатского унтер-офицера одного, гренадер и фузелер десять, бара-

банщика одного, матроса одного, канонир двух, толикое ж число

при одном офицере оставлено и с турецкой эскадры от

командующего оною Кадыр-бея; впрочем под начальством означенного

мичмана караул в городе, в крепости и на брантвахтенном судне

содержан будет жителями острова, наро-чно к тому выбранными.

Пушек состоит в крепости чугунных двадцать восемь, медных

полевых пять, мортир разных малого калибра шесть, гаубица

медная одна, на пяти батареях пушек чугунных девятнадцать,

медных большого калибра две, гаубица медная одна;

медная артиллерия, ружья и аммуниция от солдат отобраны,

взяты на эскадры, а чугунные пушки и прочие оставлены

в крепости.

Осмеливаюсь всеподданнейше донесть вашему императорскому

величеству: командующий российским десантом флота капитан-

лейтенант и кавалер Шостак расторопным и исправным

действием против батарей и управлением десанта против крепости

выполнил повеления мои во всякой точности удачно с великой

пользою, так что французы, бежавшие с батарей в крепость

и находящиеся в оной, никаких распоряжением своих и пред-

приятиев исполнить не успели, объяты будучи страхом, отдались

на договоре без бою и с нашей стороны безо всякой потери,

чем показал себя отлично храбрым с неустрашимостью; в

поданном ко мне рапорте рекомендует он в сем действии

отличившихся ревностию и усердием лейтенанта Тизенгаузена,

которому поручено было от него высаживать на берег десант, что

он и выполнил с великой поспешностью и советами своими

к скорейшему взятию- крепости подавал довольные способы

Перейти на страницу:

Все книги серии Русские флотоводцы. Материалы для истории русского флота

Адмирал Ушаков. Том 2, часть 1
Адмирал Ушаков. Том 2, часть 1

Настоящий сборник документов «Адмирал Ушаков» является вторым томом трехтомного издания документов о великом русском флотоводце. Во II том включены документы, относящиеся к деятельности Ф.Ф. Ушакова по освобождению Ионических островов — Цериго, Занте, Кефалония, о. св. Мавры и Корфу в период знаменитой Ионической кампании с января 1798 г. по июнь 1799 г. В сборник включены также документы, характеризующие деятельность Ф.Ф Ушакова по установлению республиканского правления на освобожденных островах. Документальный материал II тома систематизирован по следующим разделам: — 1. Деятельность Ф. Ф. Ушакова по приведению Черноморского флота в боевую готовность и крейсерство эскадры Ф. Ф. Ушакова в Черном море (январь 1798 г. — август 1798 г.). — 2. Начало военных действий объединенной русско-турецкой эскадры под командованием Ф. Ф. Ушакова по освобождению Ионических островов. Освобождение о. Цериго (август 1798 г. — октябрь 1798 г.). — 3.Военные действия эскадры Ф. Ф. Ушакова по освобождению островов Занте, Кефалония, св. Мавры и начало военных действий по освобождению о. Корфу (октябрь 1798 г. — конец ноября 1798 г.). — 4. Военные действия эскадры Ф. Ф. Ушакова по освобождению о. Корфу и деятельность Ф. Ф. Ушакова по организации республиканского правления на Ионических островах. Начало военных действий в Южной Италии (ноябрь 1798 г. — июнь 1799 г.).

авторов Коллектив

Биографии и Мемуары / Военная история
Адмирал Ушаков. Том 2, часть 2
Адмирал Ушаков. Том 2, часть 2

Настоящий сборник документов «Адмирал Ушаков» является вторым томом трехтомного издания документов о великом русском флотоводце. Во II том включены документы, относящиеся к деятельности Ф.Ф. Ушакова по освобождению Ионических островов — Цериго, Занте, Кефалония, о. св. Мавры и Корфу в период знаменитой Ионической кампании с января 1798 г. по июнь 1799 г. В сборник включены также документы, характеризующие деятельность Ф.Ф Ушакова по установлению республиканского правления на освобожденных островах. Документальный материал II тома систематизирован по следующим разделам: — 1. Деятельность Ф. Ф. Ушакова по приведению Черноморского флота в боевую готовность и крейсерство эскадры Ф. Ф. Ушакова в Черном море (январь 1798 г. — август 1798 г.). — 2. Начало военных действий объединенной русско-турецкой эскадры под командованием Ф. Ф. Ушакова по освобождению Ионических островов. Освобождение о. Цериго (август 1798 г. — октябрь 1798 г.). — 3.Военные действия эскадры Ф. Ф. Ушакова по освобождению островов Занте, Кефалония, св. Мавры и начало военных действий по освобождению о. Корфу (октябрь 1798 г. — конец ноября 1798 г.). — 4. Военные действия эскадры Ф. Ф. Ушакова по освобождению о. Корфу и деятельность Ф. Ф. Ушакова по организации республиканского правления на Ионических островах. Начало военных действий в Южной Италии (ноябрь 1798 г. — июнь 1799 г.).

авторов Коллектив

Биографии и Мемуары / Военная история

Похожие книги

100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное