Читаем Адмирал Ушаков. Том 1, часть 2 полностью

в Константинополь, а с сего примера и впредь подобные просьбы

и отправление судов возьмут свое начало, потому, не спросясь я

главного начальника, не осмеливаюсь сам собою приступить

к даче пашпортов, а также и не выполнить их просьбу в

противность законного установления, опасаюсь же последствием, потому

обнадежил я его, господина консула, скорою резолюциею, и

между тем пока здесь судно свое они грузят товарами, поспешаю о

сем отнестись к вам, милостивый государь, и испросить в

резолюцию вашего наставления и приказания, как вы, милостивый

государь, об оных от его светлости, надеюсь, были уже известны.

Сделайте милость определить вашим мнением, можно ли

отправления, не ожидая дальнейшей резолюции, ныне дать им паш-

порты (хотя по многим обстоятельствам весьма бы нежелательно),

но за всем тем, почитаю, по силе манифеста дать им

оные должно, дабы не навлечь законной их претензии. Сделай

милость, батюшка Василий Степанович, не оставьте скорым

вашим в резолюции на сие ответом, ибо они требуют весьма скорой

резолюции, дабы не упустить последнего позднего уже ныне

времени. Его превосходительство Михаила Васильевич Каховской со

своей стороны о здешнем их судне в таможню дал свое повеление,

чтоб по смотре товаров, ежели окажутся незапрещенные,

пропустить, посему почитаю, что Михаила Васильевич, конечно, знал

намерение и позволение его светлости, следовательно, и мы

должны будем дать им билеты непременно на оба сии судна, по

исполнении ж сего, почитаю, должно будет отнестись донесением

к его императорскому величеству, ибо сие должно быть известно,

прошу всепокорнейше, милостивый государь, взять на себя сей

труд и об оном отпоавлении (ежели позволено дать им билеты)

сделать ваше донесение.

Недавнее ж время прибыли к Очакову из Константинополя с

лимонами и прочими фруктами два маленькие судна. От

здешнего начальства дано карантинному директору повеление взять

их в близость Херсона в карантин, господин же карантинный

директор спрашивает и от нашей стороны позволения о

допущении их сюда в карантин, я пред сим к вам, милостивый государь,

о пришедшем из Константинополя в Севастополь таковом же

маленьком судне писал, и на просьбу мою ожидаю в резолюции

благосклонного вашего ответа, посему и об оных должно быть

одинаково определение, почитаю я, в нынешнее время допуск

сюда таких судов неприятен, дабы навлечь какой-либо от

стороны Порты претензии, или не случилось бы худых и опасных

после дствиев.

Федор Ушаков

Мне очень досадно, что подписание прелиминарного мира

с турками помешало Ушакову ударом сапога продлить свою

морскую победу.

Свидетельствуя истинное вам, милостивый государь, почтение,

всепокорнейше прошу не оставить милостию своею о исходатай-

ствовании потребной нам к исправлению флота суммы денег, о

которой Черноморское правление представило к его

высокопревосходительству Михаиле Васильевичу Каховскому. Вы,

милостивый государь, совершенно известны, сколь они нам необходимо

надобны и о том, что ежели малейше еще упустится в получении

оных время, в таком случае потребностей флот никак иметь уже

не может, а потому и в выходе на море будет иметь неминуемую

остановку. К испрошению милости скорейшего ассигнования

денег нарочно послан член правления флота господин капитан

Шурман, дабы в требующихся надобностях, когда, о чем

спрошено будет, мог объясниться подробностями, рекомендуя оного в

милость и покровительство вашего превосходительства.

Федор Ушаков

Сделав я краткую ведомость о состоящих при флоте

черноморских судах с объяснением под оною о необходимых

надобностях, при сем вашему превосходительству представить честь

имею 1. И как неизбежной властию судьбы всевышнего лишились

мы высокого нашего начальника, в таком случае, пока кто

определен будет к предводительству Черноморским флотом, дабы в

сие время не произошло упущения нужнейших дел и приуготов-

лениев, всепокорнейше прошу обо флоте и обо всех подлежностях

исходатайствовать монаршее благоволение.

Федор Ушаков

.

Получил я ордер генерал-аншефа Михаила Васильевича

Каховского, в котором означено, что е. и. в. угодно было

соединенную на юге армию поручить его начальству, так как и флот

Черноморский, о чем к сведению по команде сим и объявить честь

имею.

Сим же ордером предписано: поздность времени воспрещает

уже о выходе в море нынешний год, и для того флот ввесть в

гавань, поставить на место и разоружить по надлежащему; по

сходству сего повеления, рекомендую гг. командующим со всех

кораблей и прочих судов (кроме брантвахтенного фрегата) порох

и огнестрельные снаряды в самой скорости свезть на берег и

положить, где следз'ет, в магазины, и по исполнении ко мне

рапортовать; тогда и прикажу я все суда ввесть в гавань и поставить

на места.

В надежде всегдашних вашего превосходительства

благосклонностей и неоставлениев, повторяю покорнейшую мою к вам

просьбу о вырубке при деревнях Айтодор и Адым-Чокрак

сосновых лесов до 800 бревен и о доставлении оных татарами в

Севастополь. Я получил от главного начальства повеление употребить

всевозможные старания флот, мне вверенный, на будущую весну