Читаем Адмирал Михаил де Рюйтер полностью

Когда в 1685 году Людовик ХIV решил изгнать из Франции сех протестантов, то Дюкену единстенному было сделано исключение. Но тоска по родным, вынужденным покинуть Ролину, скоро свела флотоводца в могилу.

В первых числах мая в присутствии всех голландских и испанских офицеров и при большом стечении народа сердце адмирала было торжественно захоронено на небольшом кладбище на берегу моря, рядом с еще одной свежей могилой соратника Рюйтера капитана Ноарота.

Забальзамированное тело Рюйтера было положено в свинцовый гроб, и перенесено на «Конкордию». На ней поднял свой флаг контр-адмирал Филипп ван Альмонд. Сердце Рюйтера было помещено в серебряную вазу, которую, в свою очередь, заколотили в ящик. Капитану Каллембургу на легком фрегате было велено с всею поспешностью доставить сердце в Голландию. На переходе морем, Каллембург был окружен французскими кораблями и захвачен. Вскоре голландский капитан предстал перед Дюкеном. Французский адмирал собирался учинить допрос пленнику. Однако, узнав, что и куда везет на своем борту Каллембург, Дюкен немедленно вернул ему шпагу. Прибыв шлюпкой на голландский фрегат, Дюкен вместе со своими капитанами зашел траурную каюту. Там он долго смотрел на вазу, А затем, показывая на нее, сказал своим подчиненным:

– Вот останки великого человека! Он нашел смерть среди опасностей, сколько раз им переборенных!

Затем, повернувшись к стоявшему поодаль Каллембургу, добавил:

– Сделанное вам поручение столь важно, что я не смею более вас задерживать!

Голландцу тотчас был выдан паспорт на свободное плавание и фрегат был отпущен.

Известие о смерти известного флотоводца, естественно, вызвало реакцию во всей Европе. Известно, что король Людовик Четырнадцатый, получив сообщение о смерти Рюйтера, сказал:

– Это был крайне опасный неприятель, но я искренне сожалею об его смерти, ибо своими подвигами он украшал человечество! А потому, когда тело покойного будут провозить мимо моих портов, никаких препятствий не чинить, а наоборот салютовать его гробу всеми пушками!

Карл Второй английский известием о гибели своего старого противника был даже обескуражен.

– Я очень удивлен тому, что Генеральные Штаты пожертвовали послать столь великого адмирала в столь ничтожную экспедицию, да еще со столь ничтожными силами. Лучшего варианта погубить Рюйтера трудно было и придумать!

Весть о гибели мужа и отца была тяжело воспринята в семье. Анна ван Гельдер была безутешно и окружавшие, даже некоторое время всерьез беспокоились за ее рассудок. В доме все время кто-то толпился. Одни приходили, чтобы выразить свои соболезнования, другие, что бы предложить свою помощь. Пришли и долго толклись в передней послы датского короля и курфюрста бранденбургского, которым в свое время Рюйтер так много помог. Прибывший вслед за ними посланник короля Испании передал слова сожаления о случившемся, сыну покойного Энгелю де Рюйтеру.

– Отец ваш не успел воспользоваться щедротами моего сюзерена, а потому король теперь жалует достоинством герцога вас! – откланявшись по всем правилам дипломатического политеса, посланник вручил Рюйтеру младшему соответствующую грамоту.

Огромным письмом отозвался и герцог Оранский. Все уверяли в том, что имя главы семьи Рюйтеров никогда не будет забыто. История сохранила и такой факт. Когда давний знакомец генерал-адмирала депутат Жак Винден Бош прибыл к вдове, чтобы выразить соболезнование от имени Генеральных Штатов, то, увидев ее, он внезапно так разрыдался, что самой вдове пришлось его успокаивать и отпаивать водой.

Известие о смерти генерал-адмирала вызвало скорбь и по всей Голландии. По всей стране только и разговору было о четырех знаменитых битвах Рюйтера, в которых он сумел отразить нападения двух сильнейших флотов Европы и спасти свое Отечество. Многочисленные соратники и соплаватели Рюйтера, поминая своего вождя, говорили на всех перекрестках:

– Не стало нашего папы! Второго такого уже не будет никогда!

Совет ротердамского адмиралтейства и сословие правителей Ротердама обратились с просьбой к принцу похоронить генерал-адмирала в их городе. Однако сын и зять покойного настояли, чтобы местом погребения был избран Амстердам, город, который покойный очень любил и где прожил немало лет. Просьба семьи была принцем Оранским немедленно уважена.

После смерти командование голландским флотом на Средиземном море принял вице-адмирал Гаан. Храбрый и опытный, он, однако, не был в состоянии заменить погибшего Рюйтера.

Исправив наскоро повреждения на кораблях, Гаан перевел флот из Сиракуз в Палермо для окончательных исправлений. В экипажах тем временем стала быстро падать дисциплина, матросы почти открыто выходили из повиновения. Не стало Рюйтера, не стало и флота.

2 июня герцог де Вивон атаковал соединенный флот, стоявший в Палермо. Французские брандеры, поддерживаемые эскадрою де Вивона, подожгли несколько голландских кораблей. Вице-адмирал Гаан с капитаном Калленбургом, героически отстояли «Конкодию», на которой по-прежнему находилось тело Рюйтера.