Читаем Адмирал Макаров полностью

Макаров не был согласен с Нансеном, считавшим, что достичь Северного полюса удобнее всего, дрейфуя на вмерзшем в лед корабле, и задумался над тем, как можно достигнуть этой цели более простым и надежным способом. Но постоянно отвлекаемый другими делами, он на время вынужден был отложить решение заинтересовавшей его проблемы.

Зимою 1892 года, возвращаясь домой после заседания в Географическом обществе, где обсуждался проект Нансена, Макаров был заметно возбужден и, обращаясь к своему спутнику Ф. Ф. Врангелю, сказал: «Я знаю, как можно достигнуть Северного полюса, но прошу вас об этом пока никому не говорить: надо построить ледокол такой силы, чтобы он мог ломать полярные льды. В восточной части Ледовитого океана нет льдов ледникового происхождения, а следовательно, ломать такой лед можно, нужно только построить ледокол достаточной силы. Это потребует миллионов, но это выполнимо»126.

С той поры мысль о ледоколе неотступно преследовала Макарова. Он пользовался всяким случаем, чтобы обогатить свои познания об арктических странах, собирал сведения о полярных льдах, их свойствах и особенностях, изучал литературу об Арктике и описания полярных путешествий.

Макаров предвидел огромные затруднения в осуществлении своей идеи и понимал, что предстоит борьба, ибо нужен был очень веский предлог для оправдания больших затрат на постройку ледокола. И Макаров решил, что самым подходящим предлогом может послужить сама экспедиция Нансена. Если от Нансена в течение трех лет не последует никаких вестей, это позволит выступить с предложением идти на выручку или на поиски следов пропавшей экспедиции. Однако Нансен благополучно вернулся после трехлетнего дрейфа. «Возвращение Нансена и „Фрама“, — замечает Макаров, — лишило меня того предлога, который мог дать возможность собрать средства к постройке ледокола, и мне пришлось придумать другой мотив, на этот раз чисто коммерческий».

3 января 1897 года Макаров подал морскому министру записку, в которой высказывал следующие соображения: «Полагаю, что при помощи ледокола можно открыть правильные товарные рейсы с рекой Енисей… Также считаю возможным с ледоколом пройти к Северному полюсу и составить карты всех неописанных еще мест Северного Ледовитого океана… Содержание большого ледокола на Ледовитом океане может иметь и стратегическое значение, дав возможность нам при нужде передвинуть флот в Тихий океан кратчайшим и безопаснейшим в военном отношении путем…»

Но даже последний аргумент, который, казалось бы, должен был заинтересовать морского министра, не произвел на него впечатления. «Морское министерство никоим образом не может оказать содействие адмиралу ни денежными средствами, ни тем более готовыми судами, которыми русский военный флот вовсе не так богат, чтобы жертвовать их для ученых, к тому же проблематических задач», — так ответил морокой министр Макарову.

После этой первой попытки получить от правительства средства на строительство ледокола Макаров решил действовать иным путем. Вскоре он добился разрешений прочесть доклад в конференц-зале Академии наук академикам, профессорам и инженерам на тему о постройке мощного ледокола для плавания к устьям Оби и Енисея и в Финском заливе. В своем докладе Макаров только вскользь коснулся идеи достижения полюса, но зато подробно остановился на метеорологических, магнитных и других научных наблюдениях, которые можно вести в Северном Ледовитом океане при наличии ледокола, что вызвало большой интерес у ученых и прежде всего у присутствовавшего на докладе профессора Д. И. Менделеева.

Лекция Макарова имела успех. Почувствовав некоторую почву под ногами, он решил действовать смелее, искать поддержки в широких кругах общества. 30 мая 1898 года в Мраморном дворце состоялось экстренное заседание Географического общества, на котором Макаров повторил свой доклад. Послушать адмирала явились ученые, инженеры, офицеры, писатели, моряки военного и торгового флотов, представители печати. Для большей убедительности Макаров иллюстрировал лекцию картами, чертежами, картинами и моделями ледоколов. Со вступительным словом выступил Ф. Ф. Врангель, который ознакомил аудиторию с историей полярных исследований и природой Ледовитого океана. Сам же Макаров рассказал о там, действительно ли успехи техники дают возможность пробраться в северные широты не только на собаках, но и при помощи сильных машин, которыми человечество располагает для своих нужд.

«К северному полюсу — напролом!» Так Макаров назвал свою лекцию. «Дело ледоколов, — говорил он, — то есть таких пароходов, которые ломают лед, есть дело новое. Однако то, что мысль новая, не может еще служить доказательством, что эта мысль неверная. Нужно считаться с цифрами, взвесить все, что дала техника в этом отношении, и тогда только решить вопрос — действительно ли льды Ледовитого океана могут быть взламываемы или же техника не доросла еще до этого?»