Адмирал Империи — 24

Глава 1

Место действия: звездная система HD 22048, созвездие «Эридан».

Национальное название: «Таврида» — сектор контроля Российской Империи.

Нынешний статус: не определен — спорный сектор пространства.

Претенденты: Российская Империя, Американская Сенатская Республика.

Расстояние до звездной системы «Новая Москва»: 198 световых лет.

Точка пространства: межзвездный переход «Таврида — Тарс».

Дата: 4 марта 2215 года.

Ну, и каким же образом, спросите вы, крейсер «Одинокий» оказался среди сотни османских кораблей, когда его на радарах обнаружили американцы, ну, и наши с эскадры Дессе? Сейчас расскажу все по порядку. Итак, остались мы с адмиралами Хиляевым и Беловым во главе тринадцати кораблей охранять «врата» перехода из «Тарса» в «Тавриду». Козицын с Хромцовой и Гулем помахав нам ручкой, поспешили к центральной планете системы, выполняя приказ императора о немедленном прибытии к Херсонесу, так как на ее орбите нашему Северному космофлоту приходилось совсем несладко.

Вместе с посланием от императора и командующего Дессе отдельным файлом пришли первые данные о начальной фазе сражения, что сейчас вовсю шло в десяти часах лета отсюда. По полученной информации выходило, что наших там сильно прижали и, как я просчитал, ни эскадры Козицына с Хромцовой, ни даже если бы мы все вместе полетели туда на выручку, не хватило бы у нас сил для того, чтобы хоть как-то исправить то критическое положение, в котором оказались дивизии Дессе и гвардия императора.

Как вы помните, мне не удалось уговорить моих товарищей — дивизионных адмиралов, что, только заслышав зов императора, взяли под козырек и помчались в самое пекло сражения, не понимая, что возможно оттуда никто из них не вернется. Я сильно загрустил, во-первых, потому, как не хотел увидеть над именами, к примеру Василия Ивановича Козицына или Агриппины Ивановны Хромцовой надписи — погиб в бою. Еще больше мне не хотелось оплакивать гибель моего крестного — адмирала Дессе. Что касаемо Таисии, которая, как известно, находилась в этом момент рядом со своим отцом — императором Константином, о том, что может произойти с ней, я даже думать не хотел…

Вы спросите, почему же тогда, если ты так переживаешь за судьбу всех этих людей, ты сидишь здесь, а не летишь их выручать? Хороший вопрос, попробую на него ответить. Иногда, как бы мы этого не хотели, дела государственные должны быть в приоритете над личными, а разум, над эмоциями и чувствами. Под государственными делами я сейчас понимаю — военную службу во флоте Империи, что сейчас изо всех сил отбивалась от бесчисленных, очень сильных и жестоких врагов в лице Сенатской Республики и ее союзников поляков и османов. Сейчас во мне говорил стратег, если хотите — политик, и наконец, адмирал. Пусть и без собственного флота или даже дивизии, но именно адмирал — высший сановник военного ранга, который должен не просто служить своему государству, а значит, колониальному населению нашего сектора контроля, а еще и размышлять над тем, как нам победить в этой войне.

А для того, чтобы победить, надо сохранить космофлот. Что делали сейчас на орбите Херсонеса-9 наш государь-император, командующий Дессе и все остальные адмиралы, в том числе и те, что сейчас покинули сектор портала и полетели со своими двадцатью четырьмя кораблями на помощь к столичной планете системы? Они, безусловно, сражались, пытались остановить врага, но делали это бездумно, на эмоциях и подогреваемые собственными амбициями.

О Константине Александровиче я промолчу, мне известен его характер, который в довесок после некоторых событий в прошлом, изменился не лучшую сторону. Император всегда был прожектером, несколько оторванным от реальности, к тому же всегда подбадриваемый победными реляциями, приходившими из секторов сражений в Ставку, от паркетных штабных адмиралов и офицеров, которые всегда составляли доклады царю в так сказать позитивном ключе. Соответственно личные амбиции нашего досточтимого монарха, умноженные на воспоминания о былых геройствах в 1-ой Александрийской войне, подвигли Константина Александровича, во-первых, самому возглавить объединенную эскадру, далее — привести ее в «Тавриду», с намерением атаковать сразу и флоты «янки» и звездные системы Османской Империи, ну и в завершении — именно непоколебимая вера в собственные силы и силу своего космофлота заставили императора остаться у Херсонеса в неуемном желании победить Коннора Дэвиса.